Книга Наперекор моим ошибкам, страница 219 – Дина Сдобберг

Все, даже казавшиеся незначительными подробности, на которых останавливался Рома приобретали свой смысл и становились важными по мере рассказа. К тому моменту, как Рома дошёл до того самого дня, я уже прекрасно понимала, что тот следователь, Юрждецкий, имел ко мне ещё и личные счёты. Хотя я ему ничего плохого не сделала. Впрочем, и к Роме у него нашлись вопросы, хотя они и знакомы не были.

— Твоя мама не давала никаких показаний против нас. Даже не упоминала. А когда её спросили, она ответила, что обо мне знает только то, что ты живёшь со мной. А с тобой уже давно разорваны отношения, ты живёшь отдельно и вы вообще никак не общаетесь, — что-то достал из кармана Рома. — Но для Стерохина она стала опасна. Тогда её вынудили покончить с собой, шантажируя тобой. Юрждецкий принёс ей в камеру твои фотографии. И пообещал исполнить угрозы в отношении тебя. Твоя мама умерла не от того, что сердце не выдержало. Это была цена, которую она заплатила за то, чтобы нас с тобой отпустили. Она оставила записку, со словами: "Не трогайте дочь".

— Правда? — голос стал плохо слушаться.

— Правда. Мне это лично Юрждицкий рассказал. — Кивнул он, усаживая меня на небольшую, коротенькую скамеечку. — И вот... Это твоё, и должно быть у тебя.

На мою ладонь он положил знакомые мне серьги. Мои, те самые, которые пропали в том кабинете, где меня допрашивали.

— Кругом сейчас столько разговоров, — вздохнула я. — Не знаешь чему верить. Но вроде этот Юрий чуть ли не герой.

— Мы решили, что так будет лучше. — Мрачно смотрел в сторону Рома. — Он мёртв, прикрыл меня от Стерохина. Я и сам не знаю, чего больше хочу. Свернуть ему шею лично, или пожалеть.

Рома продолжил рассказывать. О возвращении в город Сабира, о его поисках убийц отца и дядей, о том как это свело его с Кирой и дальше по цепочке. Как раз за разом, при нападках на семью, находились почти что еле уловимые следы кого-то, всё время прячущегося.

— Регион такой, очень уж лакомый. И граница рядом, рукой подать. И если что, можно любой беспредел повесить на пытавшихся создать лагерь в горах террористов, из тех, что не успели вывести до конца, — объяснял мне Рома. — Я молчу уже про то, что держать на контроле горы... Ну, удачи. А спрятать там можно что угодно.

— А Сабир и все остальные мешают? — спросила я, хотя это и так было понятно.

— Не дают использовать свои территории как коридор для всякого рода говна, — кивнул Рома. — Мы насмотрелись, чем это в итоге заканчивается. И во что превращаются целые страны, закрывая глаза на сначала тонкую струйку, потом ручеёк, а потом сами захлёбываются. Просто потому, что всем этим "гостям" рано или поздно надает учитывать присутствие хозяев, и они сами решают занять их место. А здесь, здесь у них всё было налажено. Отказался отец Сабира? Они просто его убрали и заменили. Учли ошибки, пригнали сюда смотрящего для контроля над ситуацией.

— А вы всей семьёй полезли в драку, — я не могла понять, от чего мне от этих слов захотелось улыбаться.

— Ну, и помимо этого, на землях, которые эти хозяева считали всё равно, что своими, теперь всей семьёй строится огромный курорт, — напомнил мне Рома. — А это порядок, дороги, внимание, безопасность. Ну, сама подумай, как отправлять караван через перевал по привычному маршруту, если тут теперь чуть ли не федеральная трасса, посты и силовики? А ещё денюжка и не хилая в бюджет. Причём официально, через налоги. Тут уже нормальные чиновники, такие тоже водятся оказывается, начнут вопросы задавать. Им же надо регионы поднимать, внутренний туризм опять же.