Книга Наперекор моим ошибкам, страница 14 – Дина Сдобберг

— Ну, каша из которой не выпарилась до конца вода выглядит и правда не очень. И вкус тоже. А сама греча даже суховата. Поэтому для неё нужен соус, подливка или молоко. И даже если подливки будет много, сама каша не испортится, просто остатки подливки останутся на дне, — довольно кивнула малая.

— Я сначала пробу с котлет сниму, — предупредил её я.

— Иии? — довольно улыбалась она. — Похоже на подошву или кусок картона?

— Нет, не похоже, — согласился я, черпая кашу с подливой. — Странная каша.

— Чем странная? — внимательно смотрела на меня девчонка.

— Это гречка, но она вкусная. Не сухая и не непонятное комковатое пюре. — Признался я.

— А если бы мы жарили картошку или варили макароны, то тогда я бы сделала куриные котлетки с начинкой. С тёртым сыром. И тебя бы за уши от тарелки не оттащить было бы, — вздёрнула она нос.

— Да? — щёлкнул я по этому носу. — А что же ты не с козырей зашла?

— Хотелось показать, что куриная котлета и гречка это очень вкусно, — честно ответила она. — Кстати, пока вспомнила, а зачем ты мне сказал, что у меня паспорт недействительным стал в день рождения?

— Это не я сказал, положено в восемнадцать менять, — лопал я блюдо, от которого категорично отказывался час назад.

— Нет. Я пошла в паспортный стол, и на меня посмотрели, как на дуру. Там прямо в паспорте написано, что паспорт получают в четырнадцать и меняют только в двадцать и в сорок пять. Всё. — Кивала она объясняя.

— В смысле. Подожди, — я пошёл за паспортом.

Особо с оформлением документов я не заморачивался никогда. А когда я его менял, то как раз из-за просрочки пришлось платить штраф, потому что я был на контракте. Ещё паспортистка заставила проверить нет ли ошибок и лишних штампов. И я прекрасно помнил, как верещала мать, чтобы я прислал ей паспорт, почти сразу после того, как мне исполнилось восемнадцать. Я тогда ещё в училище был, и паспортов у нас не было. Мы все с военниками вместо него ходили. Естественно, я ничего ей не прислал. Я вообще тогда почти на всё забивал.

— Интересное кино, — смотрел я на выдержку из закона о документах гражданина на последней странице. — Мне мать в своё время мозг вынесла. Мой паспорт ей был очень нужен, мол из паспортного стола уведомление было.

— Да? — нахмурилась малая. — Как много вопросов.

— И мало ответов, — хмурился я пересказывая малой историю с моим паспортом и матерью.

— Но зачем ей паспорт? Взять кредит, но без личного присутствия не дадут, — удивилась мажорка.

— Наивная, — засмеялся я. — Это смотря куда пойти. Но думаю тут что-то другое. Ладно, я ещё сейчас загоняться буду из-за мухлёжа матери, она день прожить без вечных историй не может.

Из развлечений дома у меня были телек и карты. Малая выбрала карты и мы с упоением резались в дурака. Мажорка сделала рулет из лаваша, так что мы ещё и перекусывали в процессе. А ужинали офигительно вкусными макарошками с рыбой. Мне так понравилось, что я слопал две тарелки.

Нет, забрать малую было всё-таки офигенной идеей.

Спать мы завалились в моей комнате, опять вместе, и засыпая, я себе рисовал картины, как завтра утром проснусь, а малая снова перепутает меня со своим мишкой.

Вот только утро началось с визга моей мамаши и ведра помоев, на обладательницу женских сапог стоящих в коридоре.