Книга Наперекор моим ошибкам, страница 114 – Дина Сдобберг

Это было вроде так обычно, но для меня казалось особенным. Так напоминало время, когда я был совершенно счастлив. И не понимая этого, я так легко отказался от неё — ключика к этому счастью.

Я спешил обратно, домой. Где меня ждал сын и женщина, которая была для меня самой желанной и самой недоступной. Одно я знал точно, я на изнанку готов вывернуться, чтобы стать ей нужным. Чтобы был повод вернуться.

Когда я вошёл в квартиру, меня уже встречали. Белка с до неприличия счастливым Мотькой на руках и трущимся у её ног котищем.

— Мне кажется, ты что-то напутал, — посмотрела на пакеты Маринка. — Я столько точно не писала.

— Я к твоему списку кое-что добавил от себя, — любовался я картиной. — Как вы тут?

— Спали, ели, любовались на огоньки в окно, ползали в догонки с Мурзом, — улыбалась Маринка. — Не переживай, ни одной царапины.

— Какой ответственный у нас нянь оказывается появился, — хмыкнул я. — Хорошо, что рыжий, а не серый. А то начнёт учить, как бутерброды есть, требовать завести корову и домик в деревне. С садом.

— Ну, разве плохо? — вроде Марина улыбалась, а глаза погрустнели.

— Так, идём на кухню, — сделал вид, что не заметил я. — Пакеты надо разобрать. И ужин сегодня готовлю я сам.

— Совсем сам? — удивлённо округлила глаза Белка.

— А что такое? Сомневаешься? — пользуясь тем, что она пошла на кухню, один пакет, я пока задвинул за тумбочку. — А в чём?

— Да сразу звонить Ангелине с вопросом есть ли у неё рабочий телефон Дмитрия или подождать? — засмеялась Белка. — Сам он ещё на больничной койке, но товарищи по работе наверняка на смене.

— Вот ты... Хотя чего это я? К тебе же сегодня Лена заходила, — продолжал шутить я.

— Лена? Не Язва? — уточнила Белка прищурившись.

— Монгол сильно обижается, когда его Язву называют Язвой, — хмыкнул я. — Тебе тоже не нравится. Приходится переходить с позывных на паспортные данные.

На кухне Белка усадила малого в стульчик, а сама села на стул рядом. Кот запрыгнул на подоконник. Там было его обеденное место.

На доске стояли миски, у другой стенки была самодельная лежанка. Белка взяла старое махровое полотенце, сложила в несколько раз, проложила внутри каждого полученного кармашка слой ваты, и прошила. Удивительно, но от этого как-то становилось уютнее.

Я быстро распихал покупки. Тушку охлаждённой сёмги отправил в раковину. Для Мотьки несколько очищенных от кожи и костей кусочков поставил вариться вместе с картошкой. Для себя и Белки поставил по паре рыбных стейков.

— А коту как правильно рыбу давать? Можно так или варить там или ошпарить? — показал я на кусок хвоста, специально оставленного для кота.

— Я не знаю, — подняла на меня взгляд Белка. — Слышала, что если сырую рыбу давать, то глисты могут быть.

— Так это может про сырую прудовую рыбу? Дикую? — хмурился я, потому что тоже что-то такое слышал. — И если постоянно. А он вон, раз покушает и снова на правильное питание.

Решили, что я избавлю рыбий хвост от кожи, плавников и костей, а само филе обдадим кипятком.

Мурз сидел, вытягивая шею и тщательно следя за моими руками. Несколько раз спрыгивал с подоконника. Но подходил к Белке и малому. И ни разу не мяукнул, выпрашивая угощение.

Но когда я уже хотел залить миску с рыбным филе кипятком, распушил хвост и начал зло урчать, словно перед дракой.