Книга Девочка с фермы и мажор, страница 95 – Елена Твардовская

— Ну и что? А минусы будут? — Ася улыбнулась.

— Отстааань, — протянула Ева, и в её голосе появились знакомые нотки усталости и веселья одновременно. — Всё, мне пора. У меня ещё смена в пекарне. Поедешь со мной?

— Нет, — быстро ответила Ася, и в её голосе послышалась паника.

— Трусиха, — усмехнулась Ева.

— Я не боюсь! — Ася вскинула подбородок. — Просто у меня дела!

— Какие? — Ева взглянула на неё, и её глаза, голубые, ясные, смотрели с хитринкой.

— Хочу загореть, чтобы не быть такой бледной поганкой, как ты.

— Обзываешься — значит боишься, — Ева уже спускалась к окну мансарды.

— Иди уже! — крикнула Ася ей вслед. — Опоздаешь!

Ева обернулась. Она стояла на фоне голубого неба, в лёгких белых шортах и чёрном купальнике, с распущенными волосами, которые ветер раздувал, как парус. И она улыбалась — той самой улыбкой, которая появлялась, когда она была счастлива, но не хотела этого показывать.

— Ладно, — сказала она. — Тогда увидимся.

И она исчезла в окне, оставив Асю одну на крыше.

Ася постояла немного, глядя на горизонт, где синяя полоска леса сливалась с голубым небом, и улыбнулась. Потом легла обратно на лежак, надела очки в форме сердечек и закрыла глаза.

— Хитрый мажор, — сказала она в пустоту. — Даже не знаю, кто из вас кого перехитрит.

Солнце светило, ветер шевелил листву, и где-то в конюшне фыркнула лошадь. Лето продолжалось. И впереди было ещё много всего — фестиваль, сделки, помолвки, слёзы и смех. Но сейчас, в эту минуту, было просто тепло. И просто хорошо. И просто лето.

Пекарня «У Нины» пахла ванилью и свежесваренным кофе. Колокольчик над дверью звякнул, и Глеб шагнул внутрь, прищурившись после яркого уличного солнца. За прилавком, протирая стойку, стоял Денис.

Увидев вошедшего, он напрягся. Всё его тело словно сжалось в пружину, плечи поднялись, пальцы побелели, сжимая влажную тряпку. Глеб заметил это и усмехнулся про себя.

— Привет, — сказал он, подходя к прилавку, и в его голосе звучала та самая наглая лёгкость, которая выводила Дениса из себя. — Ева сегодня работает?

Денис выпрямился, стараясь выглядеть выше, хотя прекрасно понимал, что даже на цыпочках он едва дотягивался до его роста.

— Я не могу разглашать информацию о коллегах, — сказал он, и голос его прозвучал напряжённо. — Это запрещено правилами заведения.

Глеб опёрся локтем о прилавок, склонил голову набок и снял очки, чтобы Денис видел его глаза — насмешливые, но не злые.

— Да ладно тебе, парень, — сказал он, и в его голосе появилась снисходительная усмешка. — Не бойся, я не сталкер.

Но Денис проигнорировал. Глеб усмехнулся и решил действовать иначе, из кармана кожанки вытащил небольшую коробочку, перевязанную белой ленточкой. Аккуратно поставил её на прилавок.

— Передать-то хоть сможешь? — спросил он, и в его голосе не было вопроса — скорее утверждение. — Или это тоже запрещено вашими правилами?

Денис смотрел на коробочку. Белая ленточка, аккуратный бантик, дорогая упаковка — всё это было таким чужим здесь, среди деревянных полок с пирожными и запаха ванили. Он кивнул, не говоря ни слова.

— Да расслабься ты, там не яд, — Глеб хлопнул ладонью по его плечу и уже повернулся, собираясь уходить. — Хорошей смены.

Он сделал несколько шагов к выходу, и его рука уже потянулась к дверной ручке, когда голос Дениса, резкий, почти сорвавшийся, остановил его: