Книга Девочка с фермы и мажор, страница 174 – Елена Твардовская

Он сжал руль, выдохнул и поехал дальше, в ночь, в город, в новую жизнь, которая пугала его и манила одновременно.

Сарай, который когда-то был просто хранилищем для старой упряжи и вышедших из строя седел, за последние дни превратился в штаб по подготовке к ярмарке. Здесь пахло деревом, сеном и чем-то ещё — тем особенным запахом творчества, когда краски, бумага и вдохновение смешиваются в единый, ни на что не похожий аромат. Стены были увешаны ватманами с яркими надписями, на полу валялись фломастеры, кисточки и баночки с краской, а в центре, на старом пёстром пледе, расстеленном прямо поверх соломы, сидели Ева и Ася.

Солнечный свет, пробиваясь сквозь щели в деревянных стенах, ложился на их лица золотыми полосами, и пылинки танцевали в этих лучах, как маленькие звёзды, сошедшие с небес. Рядом с ними, на потертой деревянной скамье, стоял большой букет ромашек — свежих, только что сорванных, с ещё влажными стеблями. Глеб принёс их сегодня утром, когда приехал на метро, потому что денег на такси уже не было. Он подарил ей их и сразу упал на стог сена, потому что всё тело болело.

Ася отложила фломастер, которым раскрашивала очередной ватман — на этот раз с надписью «Свежие овощи от фермера Иванова», — и посмотрела на Глеба. Он лежал на высоком тюке жёсткого сена, прямо в солнечных очках, на животе, и его рука обессиленно свисала в воздухе, будто он был марионеткой, у которой обрезали нитки.

— Он лежит так минут сорок, — сказала Ася, понижая голос до шёпота. — Как думаешь, живой?

Ева, не поднимая головы, запустила в Глеба карандашом. Тот попал ему в плечо. Глеб крякнул — глухо, недовольно, но даже не пошевелился.

— Вроде да, — ответила Ева, и в её голосе слышалась лёгкая усмешка.

— Если ты загораешь, то солнце сюда не доходит, — Ася скрестила руки на груди и посмотрела на Глеба с притворной строгостью. — А если всё-таки умираешь... то скорая сюда будет ехать очень долго.

Глеб даже не повернул головы. Его голос, глухой, обессиленный, раздался из-под копны сена:

— Я разгрузил три грузовика. Не знаю, что там было, но по ощущениям — камни. У меня больше нет спины.

— И сколько тебе заплатили? — спросила Ася, и в её голосе появилось любопытство.

— Полторы тысячи, — простонал Глеб. — Этого даже на бензин не хватит. Этого вообще ни на что не хватит.

— Добро пожаловать в реальную жизнь, — Ася пожала плечами. — У меня стипендия копейки, я живу в общаге, а Ева с Денисом вообще работают в пекарне за бесплатно и не жалуются.

Глеб приподнял голову, и его лицо, даже сквозь тёмные стёкла очков, выражало крайнюю степень удивления.

— Серьёзно? — переспросил он. — Вам что, ещё и не платят?

— Обычно платят! — Ева отложила кисточку и посмотрела на него. — Просто в этом месяце аренду подняли, и Нина Васильевна не смогла выдать нам зарплату.

— Ева у нас привыкла к волонтёрству, — добавила Ася, и в её голосе появилась лёгкая насмешка. — И Дениса на это подбивает.

— Он сам соглашается, — возразила Ева.

— Ну да, ради тебя, — парировала Ася.

— Для чего держать пекарню в центре города, если у тебя нет денег на аренду и зарплату? — Глеб сел, и его голос стал серьёзным. — Это же глупо.

— У неё есть деньги, — снова возразила Ева, и её голос стал твёрже. — Просто этот месяц не из лёгких. Тяжёлые ситуации бывают у всех. И надо уметь входить в чужое положение.