Книга Девочка с фермы и мажор, страница 11 – Елена Твардовская

— Плохо? — тихо спросила Ася, которая уже подошла ближе и заглядывала в конверты через её плечо.

— Как всегда, — глухо ответила Ева. — Счета за корм, за электричество, за воду, за аренду земли. И это только за май. В июне придёт ещё.

— Сколько? — Ася взяла из её рук бумажки и начала быстро просчитывать. Чем дольше она считала, тем шире становились её зелёные глаза.

— Много, — сказала Ева, не поднимая головы. — Слишком много для клуба, который приносит одни убытки.

— Ева, — Ася посмотрела на неё серьёзно, без обычной своей игривости, — это же…

— Это то, что дедушка не может платить уже полгода, — Ева наконец оторвалась от лошадиной гривы и посмотрела на подругу усталыми, чуть покрасневшими глазами. — И он думает, что я об этом не знаю, пытается тянуть всё на себе. Он продал машину в прошлом месяце, я отдаю всю зарплату из пекарни и подработок, но…

— Но этого мало, — закончила за неё Ася.

— Совсем хреново, да? — вдруг спросил Сёма. Ева и Ася одновременно посмотрели на него.

— Во-первых, Ася, перестань учить его ругаться, — произнесла Ева, и перевела взгляд на брата, — во-вторых… Да, хреново, но мы справимся.

Ева забрала счета и сложила их обратно в конверты. Движения её были медленными, будто бумаги весили не граммы, а килограммы. Но она знала, что это ложь. В прошлом году у них было десять лошадей. Сейчас — четыре, включая Молнию. Клиентов почти нет, содержать животных дорого. Желающих получить участок много, но дедушка не хочет продавать землю. Говорит, что это единственное, что осталось от их семьи.

Ася молчала. Она всё знала и понимала. Знала, что конный клуб когда-то был гордостью Золотовых, делом их жизни. Знала, что после гибели родителей Сёмы и Евы, после смерти их бабушки всё пошло под откос — сначала упало количество посетителей, потом подорожали корма, потом пришлось распустить почти всех сотрудников. Сейчас клуб держался только на старой закалке деда, упрямстве Евы и на одном конюхе, который работал за еду и преданность Золотовым.

Ася перевела взгляд на счета, которые Ева держала в руках. Потом на свою подругу — уставшую, но такую упрямую, что это упрямство просвечивало даже сквозь усталость.

— Ладно, — сказала Ева, — даже если нас съедят на этой вечеринке, у меня всё равно нет выбора.

— Правда? — Ася подняла бровь.

— Пятнадцать тысяч, да? Я смогу закрыть хотя бы часть из этих долгов. Или купить корм на следующий месяц. Или заплатить за электричество, чтобы не сидеть при свечах. Или… не знаю, органризовать свои похороны?

— Или мы найдём себе там миллионеров и навсегда забудем о финансовых проблемах, — подхватила Ася. — Тем более я уже откликнулась за нас обеих, — выпалила Ася, не давая ей шанса передумать. — Нас взяли. Форму на месте выдадут. Мы должны быть там в семь, чтобы переодеться и получить инструктаж.

— Ты что? — Ева выпрямилась. — Ася, ты не спросила меня!

— Но ты же согласилась! — Ася смотрела на неё с вызовом, и в её зелёных глазах горел огонь, который Ева знала слишком хорошо. Это был огонь человека, который не отступит.

— А если бы нет? — уточнила Ева.

— Я бы заставила!

Ева смотрела на подругу. Потом на счета у неё за спиной. Потом на Молнию, который, почувствовав её состояние, ткнулся мордой в плечо и тихо заржал, словно говорил: «Она права, хозяйка».