Книга Доктор для хозяина жизни, страница 124 – Ксения Фави

— Аркадию действительно есть за что тебя винить? Вы были близкими друзьями?

Отец хмурится, глядя в окно на проносящиеся пейзажи.

— Я ни с кем и никогда близко не дружил. Нас можно было назвать приятелями.

— Почему ты не помог им?

— А что бы я сделал?.. Те, кто прикрывал меня в Красноярске, не стали бы рвать задницу за парочку моих «друзей». Тем более Петька ни под каким предлогом не хотел в Сибирь. Он ненавидит холод, всегда стремился куда — то в жаркие страны. Чего, впрочем, и добился в конце концов. Он ехал далеко не с пустыми руками, не зря породнился потом с такой семьей. Да и Аркашка тоже был не пустой.

— Тогда в чем он тебя обвиняет? В стечении обстоятельств?

Отец лишь пожимает плечами.

— Если человек в чем — то искренне винит себя, то ему просто необходимо найти козла отпущения. Того, на кого он переложит этот неподъемный груз. Аркашка прекрасно понимает, что в смерти сына виноват только он. Хотя кто знает, есть ли вина кого — то или это все судьба. Остался бы мальчик в живых в России, сколько бы продлилась его жизнь? Никто не знает.

— Неужели ты веришь в судьбу?

Чуть ли не впервые мы говорим с отцом так откровенно.

— Я знаю, что она есть. Мне не нужно верить в воздух, чтобы дышать им. За свою жизнь я видел многое… Далеко не всегда это можно было объяснить и разложить по полочкам.

Сам я никогда об этом не задумывался. Но в чем — то отец прав.

Мы с Аней хотели разыграть из себя легкомысленную пару. Просто для имиджа, когда я ещё толком не понимал, что делать. И выбрали Флоренцию, Италию.

Да, возможно, у Пелосси не один дом, и он приехал во Флоренцию именно ради нас… Но всё — таки я отдал предпочтение именно этой стране.

Не Франции, не Англии с ее Лондоном — который, к слову, люблю за его атмосферу.

— Как думаешь, Аркадий тронет моих братьев?

Вижу, как у отца сжимаются челюсти.

— Они под надежной охраной.

Черт, я сразу вспоминаю про Антона. Судя по тому, что отец не сказал про него ни слова, он ничего не знает о переменах в жизни второго сына.

— Почему он взялся именно за меня? По старшинству?

Отец вдруг усмехается.

— Аркашка всегда заглядывался на Аллу, — он говорит про мать Антона и других братьев, — и она к нему по — доброму относилась. Хотя она ко всем относится по — доброму… Так вот, он мог из — за неё не тронуть остальных. Хотя я не уверен.

Но в этом есть логика. Ведь правда, с момента покушения на меня прошло много месяцев, и никто из братьев не пострадал.

Антон утверждает, что его авария была случайной. Но Алёна говорит обратное.

Вот же черт. Я не могу сказать отцу — это не моя информация и не мое дело. Но в то же время Тоха практически один на один со всем этим.

Ну, кроме своей «скорой помощи».

Мы подъезжаем к пансионату.

Это серое здание напоминает старинный замок между гор и леса. Место выглядит уединенным и даже диким.

Впрочем, совсем рядом есть выход к тихому пляжу.

Мы въезжаем на территорию, паркуемся, и дальше идем пешком. Вокруг тишина.

Вижу прогуливающихся стариков, их здесь немного. Кого — то везут в инвалидной коляске.

Ощущение дорогого, закрытого отеля. Вот только постояльцы здесь очень пожилые, а сотрудники одеты в медицинскую форму.

Они передвигаются бесшумно, оказывая необходимую помощь. Никакой суеты и ожидания чаевых.