Книга Цена измены. Я не вернусь, страница 56 – Юлия Рябинина

— Твое мнение в данной ситуации ничего не значит, Ася. Я имею на этого, – его ладонь внезапно ложится на живот и меня окатывает волной холода.

В груди ощущается пустота от переизбытка эмоций. Не могу поверить в то, что он это сделал. Поднимаю на него взгляд, полный замешательства и вижу как он смотрит на меня со смесью удивления, страха и злости.

— … ребенка, такое же право, как и ты, Ася, – произносит еле слышно.

Я в шоке. У меня на голове волосы зашевелились от его слов.

О, нет! нет! нет!

Я не хочу даже маленькую мысль допускать в голову о том, что если бы не было Лиски … можно было простить… Черт! Нет!

— Не имеешь! – вырывается истерический крик. – Ты отказался от него! Отказался от меня! Тебе мы не нужны. Этот ребенок мой. И только мой…

— Ась, я у тебя его не отнимаю. И не собираюсь, – муж кладет мне на подбородок большой палец, проводит подушечкой по губам, чуть придавливая. – Тебе идет этот цвет волос. Он тебя явно делает привлекательнее.

Его переменчивое настроение приводит меня в смятение. Я не успеваю подстроиться под изменившиеся обстоятельства так быстро, и это ему на руку. Вся инициатива в его руках, как и мое трясущееся тело.

— Прекрати, Вадим. Не издевайся надо мной, – бормочу.

И, перехватив его за запястье, фиксирую руку:

— Если ты думаешь, что я тебя прощу, то ты ошибаешься. Нужно было подумать обо мне тогда, когда я просила тебя не верить Алисе, а ты что? Ты втоптал меня в грязь. Сравнял с землей….

— Боооже, да что ж ты такая шумная, – морщит лоб Вадик, но вместо того, чтобы отпустить меня, отступить, кладет на затылок пятерню и прижимает меня лбом к своему плечу. – Никогда не любил в тебе эту черту. Но ведь если постараться, то можно все исправить?! Правда!? – ладонь второй руки скользить по пояснице и пальцы, обхватывая одну половинку ягодиц, смыкаются на ней. – Так похудела, даже подержаться не за что. ..

— Ты что творишь?! – забилась в его руках. – Отпусти меня немедленно. Отпусти.

Заколотила его по спине кулачками.

— Ась, я хочу, чтобы ты выслушала меня сейчас внимательно. И тебе же будет лучше, если сразу поймешь…

— Отпусти! Ты больной мудак! Мне больно! На помощь! – заверещала, но осеклась в тот миг, когда пальцы Вадика с силой вонзились мне в шею, сдавливая ее до хруста.

Застонала.

— Вот так лучше. Да!? Ты стала мне напоминать мазохистку, Ась. Понимаешь и начинаешь слушать только тогда, когда я тебе делаю больно. Или это уже привычка? Любовничек не слишком нежный? Представляю, как он там старается, чтобы растянуть твою узкую дырку.

— Прекрати! Ты… – меня начинает бить настоящий, крупный озноб, сотрясая тело накатывающими волнами.

— А правда она всегда слух режет, но ладно, Ась, я не об этом сейчас. Это твое дело с кем трахаться, главное – я в твою дырку больше ни на миллиметр ни сунусь. Не собираю курнаться там, где курнаются другие члены.

Он больной. Ей-Богу. Как у него вообще такая чушь в голове рождается?

Меня сковывает льдом. Голос Вадима становится низким, угрожающим. Его пальцы все глубже впиваются мне под кожу, причиняя уже невыносимую боль. Что же делать? Паника захлестывает тело целиком.

— Но пока ты будешь вынашивать моего ребенка, я не позволю тебе спать с другими мужчинами. Я не угрожаю, Ась. Я предупреждаю. Прекрати шарахаться с другими мужиками, пока беременна моим ребенком.