Книга Цена измены. Я не вернусь, страница 125 – Юлия Рябинина

Сморгнула. Отвела глаза. В последнее время женщина стала невыносимо грубой и прямолинейной. Знаю, что в какой-то степени я сама в этом виновата. Загостилась, но, Герман перед тем как уехать, просил дождаться его и не совершать необдуманных поступков. Только вот недоброжелательность со стороны Маргариты Валентиновны крепчала с каждым днем все ощутимее и уже дошло до прямых колкостей с ее стороны. Женщина немного ошиблась и не ожидала, что я буду молчать. Опыт общения с подобными “ей” у меня имелся, поэтому за себя я могу постоять:

— Не таращусь, а смотрю и никого я не караулю, а просто задумалась немного, – отвечаю спокойно, ровно, без намека на негативные эмоции.

— Не переговаривай мои слова. От этого их смысл не измениться. Не думала я, что у Ирины может быть такая беспринципная дочка, – выдала женщина, а у меня от ее слов аж челюсть свело. Вот значит как?!

— Маргарита Валентиновна, что вы хотите этим сказать?

— Да то, что я не дура и все понимаю. Решила своего ребенка, зачатого в неудачном браке, на моего Геру перекинуть? А вот не надо этого делать!

Меня пробил натуральный озноб, сопровождающийся холодной испариной.

— Вы сейчас говорите глупости, Маргарита Валентиновна. Никому я ничего не хочу повесить, – качаю головой.

— Тогда делай аборт, раз решила остаться с моим сыном.

У меня все окаменело внутри. Это было выше моего понимания. Вроде адекватная снаружи женщина, вдруг оказалась сущим монстром внутри.

— Я пожалуй пойду спать. Сделаю вид, что последних ваших слов не слышала, – скрипнув зубами, попыталась обойти женщину, но та, встав у меня на пути, и не думала меня пропускать.

— Ася, я сейчас вполне серьезно тебе говорю. Если срок позволяет – избавься от ребенка, сделай аборт. Иначе … я вам жизни не дам. Хватит… Я не хочу, чтобы моего сына держали за идиота. Второго раза я не потерплю…

Выплевывает она мне это в лицо и отстранив меня в сторону, тяжелой поступью направляется в столовую. Я остаюсь стоять в полном потрясении от услышанного.

Вдруг за спиной скрипнула дверь и:

— Ася, – раздался сонный и тихий голос Максима, – побудешь со мной? А то мне плохой сон приснился и теперь я боюсь засыпать.

Я медленно, не чувствуя под собой ног, поворачиваюсь к Максиму лицом. На моих губах уже приклеена улыбка, предназначенная обмануть мальчика. А в сердце горит невыносимая острая боль за него.

— Ну, раз я еще тут, то, конечно, побуду.

— Ася, – Максим перехватывает мою руку своей пухлой ладошкой и тянет меня в спальню, – ты не обращай на бабушку внимания, она иногда бывает просто невыносимой, но я уже привык к ней. Не обижаюсь. И ты не обижайся. Папа приедет и заступиться за нас. Вот посмотришь. Бабушка его боится.

У меня душа рвется от его слов на части. Даже представлять не хочу, что могла эта женщина говорить мальчику, оставаясь с ним один на один, без свидетелей.

— Ну, теперь мы вдвоем. Мы справимся, – обнимаю Максимку за плечики и, дойдя до кровати, помогаю ему забраться под одеяло, целую в щеку, подсовываю уголки одеяла под него. – Спи, я буду рядышком.

— Ты мне нравишься, Ася. Хочу, чтобы ты осталась с нами. Ты добрая, и хорошая. И папе ты нравишься….

Максим бормочет что-то еще и еще, но уже неразборчиво, потихоньку начинает засыпать. А я же опустошенная, раздавленная, не знающая что делать и как теперь поступить, сижу в кресле и просто тихо плачу, потому что на данный момент, я ничего другого сделать не могу.