Книга Здравствуй, папа-офицер! Цель вернуть семью, страница 39 – Анна Леманн

Молчу, только крепче сжимаю край одеяла.

— Что случилось, Танюш? — Марина наклоняется ко мне, берёт за руку. — Ты бледная какая-то. Опять боли?

— Нет, — качаю головой. — Не в этом дело.

И тут меня прорывает. Слова льются потоком, будто плотину прорвало.

— Мила всё больше привязывается к нему. Слушается его, бежит к нему по одному его взгляду, улыбается ему… А я… Я чувствую, что она уже не совсем моя. Она стала папиной дочкой. И я боюсь, Марина… — признаюсь, чувствуя вновь слезы на лице. — Боюсь, что он заберёт её. Что не даст нам быть вместе. Что отомстит мне за всё — за то, что скрыла Милу, за то, что не хотела его видеть рядом… Поступит со мной также.

Голос дрожит. В горле ком. Отворачиваюсь к окну, чтобы подруга не увидела слёз.

Марина молчит несколько секунд, потом тихо говорит:

— Танюша, послушай меня. Да, он ведёт себя активно. Да, Мила к нему тянется. И это нормально, он её отец. Но ты её мама. И никакая сила на свете не отменит этого.

Она берёт с тумбочки плюшевого медведя, которого принёс Яков, и крутит его в руках:

— Посмотри на всё это, — кивает она на подарки. — Думаешь, человек, который хочет тебя наказать, будет так заботиться о своем обидчике? Будет каждый день приезжать, привозить гостинцы, провозить дочь каждый день? Оплачивать все твои больничные расходы?

— Может, он просто хочет показать, какой он хороший, — тяну, пожав плечами. — А потом… потом он скажет, что лучше справляется и заберет ее?

Марина качает головой.

— Вряд ли, — тянет, поморщившись. — Послушай, я видела, как он на тебя смотрит. И вчера пока мы ждали тебя с процедур, он и подушку тебе взбивал. И убирал сам лично. Он о тебе заботится. Не стал бы человек делать такое для того, кого хочет наказать. Кому хочет сделать больно.

— Не знаю, — тяжело вздыхаю. — Просто мне страшно… Неизвестность пугает.

— Тогда может лучше действовать на опережение? — подсказывает и, понизив голос, шепчет: — Подкати к нему. Пусть влюбится в тебя опять. Тогда точно не бросит. Будете опять семьей.

— Добровольно идти к эту клетку опять?

— Ну тут уж сама выбирай, — хмыкает. — Либо в клетку, либо ждать наказания.

— Тем более, что она сказал, что я ему не нужна.

Ответить мне, Марина не успевает.

В палату раздаётся стук, и дверь приоткрывается. Первой сбегает моя дочь, а следом за ней Яков.

Дочь, увидев меня, радостно вскрикивает.

— Мама!

Она бросается ко мне, залезает на кровать, обнимает за шею.

— Мам, смотри, что папа купил! — она достаёт из своего рюкзачка новую книжку с картинками. — Он мне уже две главы прочитал в машине! А завтра мы пойдём в кафе с гусями! Там можно будет их даже погладить.

Яков стоит у двери, наблюдает за нами. На лице осторожная улыбка. Он кивает Марине, потом смотрит на меня.

— Привет, — говорит тихо. — Мы ненадолго. Просто хотели тебя навестить.

Киваю в ответ, глажу Милу по голове, но внутри всё сжимается.

Мила так счастлива рядом с ним…

А что будет, когда она поймёт, что мы не семья?

Что папа и мама не живут вместе?

Марина незаметно толкает меня в бок, привлекая внимание.

— Видишь? — тихо шепчет. — Он не пытается её у тебя забрать. Он пытается быть отцом. И, похоже, хорошим отцом.

Мила тем временем уже устроилась у меня под боком, листает книжку, показывает картинки.