Книга Прикосновение смерти, страница 102 – Элис Вайлд

В тот момент, когда слова слетают с моих губ, я осознаю свою ошибку и проклинаю себя за то, что вообще начал говорить. Неужели за годы молчания я так ничему и не научился?

Ее глаза расширяются от боли и горя, а затем сужаются от ярости. В этот момент даже я понимаю, что гнев – более легкая эмоция, чем признание того, что смерть – это часть жизни. Гневаться легче, чем горевать о напрасно принесенной жертве… или о предательстве мачехи, которая, я уверен, стоит за безвременной кончиной ее отца.

— Ты обещал мне, что он будет жить, – говорит она, и ее голос разрывает мне сердце. Я наблюдаю, как гнев Хейзел перерастает в неутолимую скорбь. Не в силах остановиться, она оборачивается и смотрит туда, где стоит ее отец.

Кажется, он не замечает ее, да и вообще не замечает никого и ничего, просто ожидая, когда откроются ворота.

— Отец, – просит Хейзел, делая шаг к нему навстречу. – Пожалуйста, посмотри на меня.

Я прищуриваюсь, наблюдая, как он стоит на месте, не обращая никакого внимания на ее мольбы. Его состояние говорит о том, что смерть – это окончательная ступень его пути; тело слишком изжило себя, чтобы можно было воскресить его из мертвых.

И все же, наблюдая за ними, я понимаю, что Хейзел не поверит мне, пока я не докажу ей, что выполнил свою часть сделки так же, как и она свою. Пока я не докажу ей, что не хотел причинить ей боль.

Мне нужно выяснить, что с ним случилось, и понять, как исправить эту ужасную ошибку.

— Я найду способ все исправить, – говорю я ей.

Она лишь качает головой, и непролитые слезы ярко блестят в ее глазах, когда она снова поворачивается к Эросу.

У меня внутри все сжимается от того, как он смотрит на нее. Она молчит и просто смотрит на него снизу вверх.

— Отведи меня к Судьям, пожалуйста, – тихо умоляет она. – Я хочу предстать перед судом, выслушать свой приговор и навсегда покончить с этими мучениями.

— Нет, – молвит Эрос, колеблясь лишь мгновение.

Я знаю, что он готов сделать все, о чем она его попросит, но, к счастью, похоже, он не настолько глуп, чтобы выполнить эту просьбу. Если он отведет ее к Судьям, она будет потеряна для нас навечно.

— Хорошо, тогда оставь меня здесь. Я буду ждать возвращения Цербера, чтобы он мог забрать меня.

— Возможно, нам стоит немного подождать и подумать, прежде чем что-то решать, – осторожно говорит Эрос.

— Я хочу встретиться с ними лицом к лицу, – возражает она.

Эрос бросает на меня взгляд и говорит:

— Возможно, у твоего отца еще есть шанс. В конце концов ему еще предстоит пройти через Врата.

Я открываю рот, чтобы возразить, но так же быстро закрываю его.

Слишком многое остается неизвестным, и я пока не могу обещать ей ничего, связанного с душой ее отца. Я до сих пор точно не знаю, отчего он умер, и понятия не имею, в каком состоянии находится его физическое тело. Одно дело – надеяться на то, что мы сможем вернуть ее, но надеяться на то же самое в отношении ее отца – это крайне маловероятно.

И все же, когда она поворачивается, я вижу, что слова Эроса вселяют в нее новую надежду, и я не могу заставить себя лишить ее этой надежды. Может, это и глупая затея, но если это поможет нам выиграть хоть немного времени до того, как Хейзел снова потребует предстать перед Судьями, то, возможно, Эрос даже умнее, чем я предполагал.