Книга Облик неизбежности, страница 9 – Виктория Павлова

— Мисс, пожалуйста, не делайте резких движений. Выйдите из подвала и поднимите руки, — говоривший держался подальше, не пытаясь меня схватить. Прикрываясь рукой от света, я выбралась наверх. Двое полицейских и хозяева дома не спускали с меня глаз, наверное, бежать сейчас — плохая идея. Я почти ничего не видела, к тому же до сих пор находилась на чужой территории.

Пусть выведут за ограду.

— У вас есть оружие?

Я помотала головой и чуть не зарыдала, вспомнив свой арбалет и ремингтон Келли. Их забрали чужаки.

— Мы проверим, — один из полицейских держал меня на мушке. Он кивнул напарнику, и тот двинулся ко мне. Я оторопело наблюдала за его приближением.

— Да она же просто ребенок, — воскликнула женщина. — Откуда у нее оружие?

Меня собираются обыскать? Я отпрыгнула, боясь, что чужие эмоции снова вышибут из меня дух. С Келли такого никогда не было. Только в последний раз в машине. Я моргнула, сбрасывая тяжелые воспоминания.

— Мисс, пожалуйста, не двигайтесь и держите руки на виду, — нервно скомандовал полицейский с оружием. Второй застыл, опасливо поглядывая на меня. Глаза привыкли к полутьме, и я разглядела на его груди табличку: офицер Стивенсон. Складывалось впечатление, что полицейские чего-то боятся. Неужели в Портленде дети ходят с оружием, и взрослые опасаются, как бы они кого не пристрелили? Или сами готовы пристрелить ребенка? Что за безумный мир?

Я прикидывала, успею ли прошмыгнуть до калитки или они выстрелят в спину? Судя по всему, полицейский напротив готовился пустить оружие в ход. Он снова кивнул напарнику, и тот решительно шагнул ко мне. Я зажмурилась и перестала дышать, когда руки офицера Стивенсона похлопали по спине и животу, а потом спустились к лодыжкам. Все оказалось не так плохо: прикосновения были мимолетными и он держал себя в руках. Пока не дотронулся до задних карманов джинсов.

— Посмотрим, что тут у нас, — от его прикосновения меня затопило азартом, и я поймала руку офицера, когда он вытащил нож Келли.

Я попыталась отнять нож, но полицейский стряхнул мою руку.

— До выяснения побудет у нас, — он продемонстрировал нож напарнику и убрал в свой задний карман. Во мне поднимались злость и негодование. Я ведь не сделала ничего плохого, а со мной обращаются, будто с преступником.

Офицер Стивенсон достал наручники и, заведя мне руки за спину, защелкнул на запястьях. Они звякнули, охватывая руки холодом. От унижения запылали щеки и застучало в висках.

— Мисс, вы осознаете, что проникли на чужую территорию? — полицейские расслабились. — Что вы здесь делаете?

Я думала лишь о побеге, осматривала двор и искала пути отступления. Как только они хотя бы на пару секунд отвлекутся, рвану к калитке. Но как быть с наручниками? Я смогу бежать? К тому же они забрали нож.

— Она ищет какого-то Ника, — недовольно пробурчал Руфус. Полицейские снова напряглись.

— Ника? — переспросил у Руфуса офицер Стивенсон: — Что за Ник? Может это прежний владелец дома?

— Мне почем знать? — Руфус выказывал нетерпение, его жена печально качала головой. — Мы купили дом через агентство три года назад.

— Как тебя зовут? — спросил тот полицейский, который целился в меня две минуты назад. Я молчала. Мое имя — не его дело. — Сколько тебе лет?

Пристальное внимание нервировало. Я дергала цепочку, пытаясь понять, можно ли ее оторвать. Они ждали ответа, но я только плотнее сжала губы. Понятия не имею, что будет, когда они пробьют мое имя по базам. Всю жизнь я чувствовала себя призраком среди людей, избегая их и прячась в лесу да в кемпингах, где никому нет дела. Вдруг окажется, что официально я мертва?