Онлайн книга «Цена любви и мести»
|
Закрыл глаза и коснулся губами её губ, прерывая разговор. Глава 19. Вдребезги Ирис несколько раз просыпалась ночь, вставала, подходила к платьям, висящим на вешалках-манекенах, гладила их мягкую, сияющую ткань и поверить не могла в это чудо. Нет, не в сами платья, в конце концов, принцессу всем этим было не удивить. — Он меня любит, — шептала она, садилась на кровать и смотрела перед собой. Это была очень странная мысль, и непонятно было, что с этим делать. Папа, мама, Астор… Как можно это простить? И как простить публичный позор? Ирис обнимала подушку, ставя её на колени, клала на неё подбородок и думала. — Это всё мужские дела, — шептала испугано. — Мужчины всегда убивают друг друга… Но совесть жала. — Я не знаю, — шептала Ирис, — я не знаю, как можно простить всё это… Но если он её любит, то… «Я его тоже полюблю. И всё изменится. Ширан отдаст трон и столицу Эйву, вернётся на Неприветливые острова и продолжит службу… И я с ним…». Она невольно вздрогнула при мысли о вгрызающихся в море угрюмых скалах. Там нет ни театров, ни парков, ни каруселей, ни балов, но… — Он всё это сделал ради меня, ради обладания мной. Не то чтобы любовь совсем уж оправдывала злодейство, но… Он ведь был южанином, диким человеком. Просто Ширан не умел ухаживать за женщинами. И потом, он ждал её двенадцать лет… Две трети её жизни! Жестокий, ужасный, но… Что поделать, наверное, иначе человек, проживший всю жизнь на войне, не мог поступить. Дикий зверь, который схватил самку и утащил её в нору. — Папа, ты бы меня понял, — шептала Ирис, зарываясь лицом в подушку. — Ты всегда говорил, что любовь покрывает любые грехи… А если бы не было того дня? Если бы Лили вышла замуж за Кьярваля, а Ирис — за Ширана? Всё бы случилось иначе… И девушка, закрыв глаза, пыталась написать историю их любви заново. Как герцог не насилует, а совершает ради неё какие-то подвиги. Пусть тоже ужасные, но… И как осторожно раскрывает в ней чувственность, и как она начинает его любить всё сильнее и сильнее… Когда фантазия иссякала или фальшивила, Ирис снова вставала и касалась переливающейся ткани платьев. — Он меня любит, — шептала упрямо. — Просто слишком горд, чтобы в этом признаться. Ведь я его отвергла. А, значит, если я его полюблю, то, объединившись, мы покончим со всем этим ужасом… Утром Ирис встала с тяжёлой головой. Полдня потратила на наведение красоты с помощью Аархи. Ванная, депиляция, умащивание разными маслами кожи и волос, маски на лицо, на веки, чтобы убрать мешки под глазами, на губы, чтобы они стали сочными, на ногти, чтобы вернуть им сияние перламутра. Принцесса должна быть красивой. Очень-очень красивой, чтобы её дракон увидел и понял: это для него. Она слагает оружие. Отныне — только мир и любовь. И прощение. Он её любит… По-ширановски, да. Смесь любви и ненависти, но любовь непременно победит. Дикий зверь, но она его приручит своей нежностью и верностью. И тогда… Дайн вырастет в любви и понимании. Эйв не будет убит. Станет королём и помилует Ширана по просьбе своей сестры. Больше никто из герцогов не пострадает. Кроме Переха, но тот уже обречён. И очень жаль этого наивного, немного развязного, но в целом романтичного и доброго юношу. И как жаль, что его уже не спасти. Но зато можно спасти тысячи таких же юношей, которые не пойдут под знамёнами своих герцогов, не будут стрелять в друг друга. И королевство не будет истерзано клыками междоусобиц, и не погибнет под ударами с Юга и с Запада. |