Книга Жена герцога-палача хочет развода, страница 113 – Мария Ливи

— Неважно. — Я посмотрел ему прямо в глаза. — Важно, чтобы он дошёл невредимым. И… живым.

Между нами повисло неудобное молчание. Ослен, конечно, не спросит больше**,** чем на то имеет право. Но и шкипера своего просто так вторым кораблем отпускать — слишком подозрительно выглядит для местных.

— Пусть твой подручный более не появляется на людях до отплытия. Мои люди привезут груз прямо к шхуне.

Ослен, немного подумав, все же кивнул, соглашаясь. Лишние сплетни, даже среди морской братии, — ни к чему хорошему не приводят, как правило.

— Сделаем, господин. Шкипер у меня весьма толковый. Не дурен на голову и не подводил до сего момента.

— И ещё. Никто не должен знать, что мы отчалили раньше. Никто, даже твои люди, до конца. Только когда взойдем на борт на рассвете.

— Могу я поинтересоваться столь высокой секретностью дела?

— А ты как думаешь? — подловил я капитана.

— Что ж, мое дело скромное — управление судном. Остальное меня мало касается. Но… каюта капитана будет предоставлена вам, я готов потесниться среди своих.

Я встал, протянул руку.

— Что ж, встретимся завтра на рассвете, — сказал я.

— Будем готовы принять вас на борту в лучшем виде, милорд.

Мне так и не удавалось сомкнуть глаз. Легкое беспокойство, пришедшее за мной как тень, когда я переступила порог этой комнаты, — взмыло чуть ли не до небес. Тревога — вот этот поселенец, что прогрызает в яблоке свой путь, сворачивая то туда, то сюда. Мечется от беспокойства и полной неуверенности в том, что…

«А что будет, когда я спущусь с корабля, ступив на каменистую площадь родного города? Нас никто не ждет, тем более отец. Он вмиг подумает, что герцог Торн приехал, чтобы отказаться от столь «щедрого» дара. Ну, зная мой прошлый характер и норов, неистребимый ни в одном из случаев, — отец не будет долго сомневаться».

Я взглянула на Магнуса, тот, казалось, мирно спит. Но это на первый взгляд, он выдал себя, чуть поморщившись от того, что я за ним наблюдаю. Но если бы то была не я, то даже носом не повел бы, уверена в этом.

— Можешь не притворяться, что тебя заманил в свои сети сон. Я вижу тебя насквозь, герцог Торн. — ударив его в плечо, прошептала я.

— Чего ты от меня хочешь, Мэриэн?

Честно говоря, я и сама не знала, чего желаю. Может, это и не я вовсе требую от него внимания. А тот, кто только зародился во мне? Ведь нам не ведомо, что происходит в нас в эти моменты жизни. Только богам известно.

— Мэриэн?

— Я… боюсь. — наконец, после непродолжительного молчания, эти слова как-то сами собой слетели с моих уст.

— Чего же? — он приподнялся с подушки, на которой и так было не заснуть. Она воняла плесенью, хотя эта комната, как поведала мне жена хозяина, была лучшей из всех. Да, тихой и отдалённой. Такой она была, и это, пожалуй, единственное, что было в ней замечательного.

— Будущего… Того, что может случиться, когда мы ступим на берег столицы. Обещай мне, что защитишь, встанешь на мою сторону, что бы ни было. Какие бы доводы тебе ни бросали в лицо! — теперь я практически кричала. Казалось, сердце зайдется в ударах и внезапно лопнет от напряжения. — Ты должен, должен…

Он не дал мне договорить, обняв, притянув к себе столь сильно, что я на миг забыла, как это — дышать. Руки сами легли на обнаженную грудь мужа с легкой порослью кудрявых черных волос — символ мужественности любого достойного мужчины.