Книга Позволь съесть твою историю. Том 1, страница 60 – Мён Соджон

С того дня у меня не было желания съесть чье-либо воспоминание. Я решился съесть историю Со Бёль только потому, что счел правильным следовать решению Се Воль – и из-за страдальческого выражения на лице самой девушки. Но из-за того, что я перестал питаться историями, голод лишь усилился. Я думал, что смогу его вытерпеть, но… Если так продолжится, я не смогу дотянуть до лета и вернусь к своей изначальной форме. К жизни, направленной на поиск нового места обитания и накопления сил.

— С тех пор я не помышлял о том, чтобы отнять чью-то историю. Если моя жизнь здесь закончится, возможно, я больше никогда не стану человеком. В облике чудовища я хотя бы могу терпеть голод.

Может быть, когда-нибудь я смогу время от времени принимать человеческий облик. Но когда это случится? Увижу ли я Се Воль снова? Когда меня посетили эти мысли, я понял, что за столь короткое время она стала частью моей повседневной жизни. Я был уверен, что больше никогда не встречу кого-то, похожего на нее. Я не надеялся встретить кого-то вроде нее. Я не встречал таких людей десятилетиями. И возможно, не встречу больше никогда.

— Ты говоришь, что я странно смотрю на Се Воль, но я не совсем понимаю твои слова. Но если ты спрашиваешь о моих чувствах к Се Воль… я боюсь, что она однажды забудет меня.

Для меня, того, кто вынужден скрывать свою сущность, любой, кто помнит меня, становился угрозой. Желание, чтобы Се Воль не забыла меня, по сути своей было разрушительным. Эмоции всегда мешали принимать рациональные решения. Однако от постоянных размышлений и переживаний это желание никуда не исчезало.

Чем более эмоциональным я становился, тем сильнее ощущались и вина за прошлое, и необъяснимая одержимость этой девушкой. Когда Со Вон поняла, кто я, я интуитивно почувствовал – пришло время признать свою вину. Я выбрал Се Воль как единственного человека, которому смогу все рассказать. Мне казалось, что именно она сможет указать мне на ошибки, разложить по полочкам то, что я сам в себе не понимал. Что стоит мне только признаться, как все сразу же разрешится. И это гнетущее, болезненное чувство вины, обнажившееся передо мной, станет чуть легче. А если она разочаруется и оттолкнет меня, я смогу уйти раньше, чем моя алчность снова возьмет верх.

— Мне хотелось бы и дальше оставаться рядом с ней.

Но вместо того чтобы сбежать, Се Воль обняла меня в ту минуту, когда я хотел исчезнуть. Если бы в библиотеке не было так темно, я, быть может, показал бы ей лицо, которого сам никогда не видел. Я хотел бы остаться рядом с ней. Но для этого мне пришлось бы снова начать питаться чужими историями. Осознав свои чувства к девушке, я уже не мог позволить себе такие безрассудные поступки.

— Она дорога мне.

Когда я во всем признался и посмотрел Со Вон в глаза, девушка слегка кивнула, будто приняла мои слова. Похоже, она одновременно и верила, и нет.

— Я не стала рассказывать ей, потому что предполагала такой исход.

— Что ты имеешь в виду?

— Знаешь, как ты смотришь на Се Воль? Сначала я подумала, что такого просто не может быть. Задалась вопросом: как монстр может смотреть на человека таким образом?

Но сколько бы она ни думала, ответ был один и тот же. После этих слов Со Вон на мгновение замолчала. На ее лице читалось то ли раздражение, то ли сожаление. Трудно было понять, какую именно эмоцию она испытывает.