Книга Позволь съесть твою историю. Том 1, страница 29 – Мён Соджон

Когда я проводила Со Бёль и вышла в библиотеку, Хе Сона нигде не было видно. Только Со Вон сидела на стуле перед комнатой для консультаций.

— Лим Хе Сон куда-то ушел. Сказал, что может услышать, о чем вы разговариваете, если останется здесь.

Со Вон отвела взгляд и неожиданно невнятно пробормотала:

— Я не хотела тебя так осуждать. Прости.

— Все в порядке. Я знаю, ты сказала так, потому что беспокоилась. Но почему ты так ненавидишь пожирателей историй?

— Когда-то я наткнулась на записи о том, что случилось с человеком, который дружил с пожирателем.

— И о чем там говорилось?

— Ну…

В тот момент, когда Со Вон собиралась ответить на мой вопрос, дверь в библиотеку открылась, и на пороге появился Хе Сон. Время было выбрано настолько удачно, что на мгновение мне показалось, будто он специально вернулся именно сейчас.

— Консультация прошла успешно?

— Вроде того.

Поскольку консультация с Со Бёль была последней, я выпроводила Со Вон и Хе Сона, так как боялась, что они могут устроить драку, и занялась уборкой. Пока наводила порядок, на глаза попался лист бумаги, на котором я записала то, что говорила девушке на протяжении консультации.

Консультируемый: Со Бёль. Предполагалось, что она будет нестабильна из-за случившегося, но в ходе консультации выяснилось, что ее попытка суицида была вызвана стрессом. Девушка выбрала неправильный метод снятия стресса из-за плохих воспоминаний о средней школе. Необходимо найти способ заменить его.

Да Гён не упоминался в записях Со Бёль, ведь их отношения теперь существуют только в памяти девушки. История без второй половинки не может считаться целостной. Даже если придать ей письменную форму, то никто, кроме самой Со Бёль, не поймет и не примет эту историю.

Вертер, что не сумел побороть свои чувства к Лотте и в конце концов покончил с собой, причинил такую же боль бесчисленному множеству наблюдателей, следивших за ним за пределами книги. Квон Да Гён был для Со Бёль и Лоттой, и наблюдателем. Я видела, как ее страдания перекликаются со страданиями Вертера. Однако она не задумывалась о смерти из-за любви. Ей причиняло боль прошлое, а не сам Да Гён.

«Надеюсь, у них все получится».

Неожиданно в голову пришла одна мысль. Если бы Хе Сон не стер память Квон Да Гёна, как бы обернулась жизнь Со Бёль? Он бы позволил девушке объяснить ситуацию? А если бы выслушал, смог бы понять ее? Какой бы конец ждал их после всего случившегося?

Со Вон сказала, что вмешательство пожирателя историй все испортит. Представив ситуацию, в которой мы сохранили бы воспоминания Квон Да Гёна, я вспомнила, почему вообще решила прибегнуть к помощи Хе Сона. Воспоминания парня мешали его повседневной жизни. Эта история распалась не в тот момент, когда мы стерли его воспоминания, а когда девушка совершила ошибку.

«Если бы Со Бёль жила в более счастливой семье, она бы не оказалась в такой ситуации».

Я взглянула на стол, куда Со Бёль сперва положила роман. Вероятно, она тоже о многом сожалела. Должно быть, Квон Да Гён был дорог ей. Значит, даже если бы она решила сдаться, то все равно бы забрала книгу, несмотря на мои слова утешения. Как бы поступила я, окажись на ее месте? Как только в голове появилась эта мысль, я невольно усмехнулась над нелепостью предположения. Дорогой человек?! Даже если такой и появится в моей жизни, он покинет меня прежде, чем станет «дорогим».