Книга Уроки выживания в Сибирской глубинке, страница 13 – Ксения Вебер

Мила спустилась примерно через полчаса. К этому времени я уже накрыл стол. Мы молча поели, бросая друг на друга украдкие взгляды.

— Спасибо, было все очень вкусно, - довольно вытерла пухлые губки девочка, откидываясь на спинку стула. - Сон будет сегодня крепким, - улыбнулась она и встала с места.

Я не знаю, что движило мной в этот момент, но я подскочил вслед за ней, обхватил руками тонкую талию и усадил ее попой на стол, вклиниваясь между ее ножек.

Она распахнула глаза от удивления, а после нахмурилась и выпалила.

— Да ты такой же! Такой же как все они! Вам всем только это и нужно! - ударив маленькими кулачками мне в грудь, она оттолкнула меня, но я и не сопротивлялся.

Когда крошка умчалась наверх, я не смог справиться с собой, вылетев из дома в сумрак, опустившийся на тайгу.

— Гребаный тухлый мох! - взревел я, убегая в чащу и скидывая на ходу одежду.

Ваня

Кости затрещали, мышцы заныли, тело раздалось вширь и в высоту, и на землю тяжело опустились четыре мохнатые лапы. Встряхнул огромной головой и громко фыркнул. Затем двинулся в лес, ощущая запахи, малейшие передвижения за пару километров от меня.

Тайга еще не пробудилась, но животные уже отходят от спячки. В этой местности нет медведей, кроме оборотней. Однако ежики тоже спят всю зиму. Вот они и еще несколько видов мелких зверушек начинают копошиться, возиться возле своих норок.

Немного ускорился, ощущая, как грузные лапы с глухим топотом приземляются на мягкий снег и сырую почву. Дыхание стало тяжелым, легкие горят, зато мысли развеялись и теперь мне даже не хочется прибить одну розовую девочку.

Сейчас весь «эфир» заполнил медведь, его ощущения, инстинкты. Ясных мыслей у него нет, откуда такому добру взяться, но вот душа у нас с ним одна. Дико звучит? Я и сам не могу до конца к этому привыкнуть. Но я горд тем, что принадлежу к древнейшему клану.

Вдруг мишка замедлился, затем вообще перешел на тихую поступь и вскоре замер. Зверь шумно втянул воздух. На языке остался привкус добычи. Чуткий слух уловил биение маленького сердечка. В груди зародилось глухое утробное рычание, и когти самопроизвольно выпустились, впиваясь в хрустящую корку снега.

Мощно оттолкнувшись всеми лапами, хищник перепрыгнул через узкий овражек, грузно приземлился и тут же помчался в сторону маленького юркого зверька. Медведь не самый ловкий добытчик, но и зверек просто не успел среагировать.

Послышался мерзкий хруст и во пасти разлилась теплая густая кровь, оставаясь на языке металлическим привкусом.

Довольный своей охотой, медведь помчался дальше.

Выскочил на круглую поляну, что залита ярким солнечным светом. Как будто солнышко прилегло тут отдохнуть. А когда присмотрелся, увидел желтые пятнышки на только-только проклюнувшейся зелени травы. Они словно ярые борцы с зимой проклюнулись через стеклянную преграду подтаявшего снега. Такие нежные и такие храбрые.

«Как моя Мила...»

На обратном пути подобрал свою одежду. Перекинулся и натянул штаны. В одной руке окровавленная добыча, а во второй яркий букет смелых подснежников.

Когда вошел в дом, Мила заметив меня, выронила кружку и та со звоном рухнула на пол, разбиваясь в дребезги.

— Мать твою..., - пролепетала она, попятившись, но секунду спустя, она рванула ко мне. - Что случилось? Ты в порядке? Кровь твоя? - посыпался град из ее вопросов, но не это было важно.