Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 68 – Александра Воронцова

— Да-да, — дознаватель не желал отпускать эту тему. — Только вот симптомы «заболевания» Велии Сарсони полностью совпадают с симптомами её подруги. Полное отсутствие защиты, мощный удар…

— Я на это неспособна просто физически, — процедила я, сколько можно напоминать мне про мою ущербность, — кажется, мы с вами это проходили.

— Вы, леди Чаргетто, неспособны, а вот лорд Ренци вполне…

Что?

Не успела я возмутиться, как от Дориэна полетело заклинание восьмого уровня в сторону лорда Фаджио. И здесь я его винить не могла. Главный императорский дознаватель только что предположил, что Ренци напал на беззащитную девушку.

И на этот раз мне совершенно не хотелось ставить щиты на лорда Фаджио.

Если что, сам виноват.

И я просто зажмурилась, окружив щитами себя и Дориэна.

Зря я это.

В моём состоянии не стоило разбрасывать силами. Буквально сразу я почувствовала необходимость придвинуться к Ренци ещё на полшага.

Три. Осталось три.

Можно ли надеяться, что этим откат и ограничится?

Тем временем ректор остановил начинающийся в кабинете бой, развеяв и атаку Дориэна, и контрудар Фаджио. Мощный маг, тут не поспоришь, нейтрализовать восьмой уровень…

— Продолжите в том же стиле, получите штрафной жетон. Оба! — рявкнул он.

У лорда Фаджио вытянулось лицо.

— И я?

— А тебя я лишу Джеммы на неделю!

— Ты просто ищешь повод больше проводить с ней время, — фыркнул дознаватель.

Я посчитала нужным подать голос:

— Вы серьёзно считаете, что это я? Не находите ли вы, что в моейситуации так поступать было бы глупо?

— Что я считаю на самом деле, — интонацией выделил лорд Фаджио, — вас не касается. Но я не могу, не хочу, да и не имею права отмахиваться от фактов. Первое, у нас есть конфликт между вами и адептками. Второе, обе адептки найдены с одинаковыми симптомами, указывающими на ваше вмешательство. Третье, на полигоне, кроме вас и девушки никого не было, это показали записи магдатчиков, а очевидцев того, что произошло с Велией нет вообще.

— Теперь я понимаю, почему моего отца обвинили, — разозлилась я. — У вас нет улик, но надо найти виновного, да?

— Улики есть, адептка Чаргетто, — устало вздохнул ректор. — Они косвенные — это правда, но есть. Поэтому, если у вас есть алиби, не сто́ит геройствовать.

Ренци, видимо, исчерпавший свою способность молчать, влез:

— Есть алиби. К нам во время обсуждения заходил в гости одноступенник Чаргетто, — высек он.

Я чуть не закашлялась, как, однако, Дориэн сформулировал.

— Прекрасно, — откинулся лорд Натори в кресле. — И кто же это?

Ренци не успел ответить, как в кабинет ректора заглянул Санти. Надо же, теперь у секретаря ненормированный график?

— Лорд Натори, найдено ещё одно тело.

— Что? — взревел ректор. — Где?

— В оружейной.

Проклятье!

Я украдкой посмотрела из-под ресниц на Ренци, который продолжал сохранять удивительную для него невозмутимость.

То ли это само по себе было подозрительным, то ли лорд Фаджио заметил мой взгляд, но поза его стала напряжённей.

— И чьё тело? — спросил он у Санти, но при этом не сводил глаз с меня.

— Адепт Кантоцци. Жив, в тяжёлом состоянии, — отчитался по-военному кратко секретарь.

Естественно жив. Мы же оставили ему всего пару шишек. Что значит, в тяжёлом состоянии? С практических занятий, насколько мне известно, в лазарет отправлялись и с более серьёзными повреждениями, и никто из мухи слона не делал.