Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 150 – Александра Воронцова

— О нет… — Рамис. — Только не еще одно тайное общество!

— Ты считаешь, что и Монферо — безымянный? — удивился Дориэн, который в этот момент чистил мне яблоко.

— Я так думаю. Обе фамилии — производные от названия пансионатов. Выпускники же сами выбирают себе новую фамилию, когда покидают стены пансионата.

— Мне кажется, это извращение — обеспечить себе постоянное напоминание о том, что ты никому не нужен, — задумчиво произнес Дальтиго.

Пожалуй, соглашусь с ним.

Рамис, пристально следивший за тем, как Ренци подготовил для меня фрукты, вдруг мне подмигнул и выдал:

— Говорили, Русполли восхищался Эрминой Столезе…

Невеста Ренци — леди Столезе? Дальняя родственница императора по материнской линии. А по отцовской она приходится не менее дальней родственницей бывшему министру Смионе, которого совсем недавно арестовали за государственную измену и предательство империи. Тот факт, что Столезе выкрутились, и от них не отвернулся высший свет, говорил о том, насколько этот клан влиятелен.

Глава рода Ренци наверняка в восторге от партии сына.

Объединение двух столь мощных родов — это мечта.

Зачем же семье Дориэна так нужно мое поместье?

— Эрминой восхищаются многие, — ровно ответил Ренци. — Чаргетто, жуй быстрее.

Я чуть не подавилась яблочной долькой.

Ну конечно. Опять я во всем виновата.

Уж наверное, свою невесту он бы так не поторапливал.

Я раздражалась все сильнее.

Дориэн вел себя отвратительно.

— Ты нашел кастеляна? — сварливо спросила я.

— Да, — изумил меня Ренци. — К нашему возвращению из города все будет готово. А еще я встретил секретаря Санти, и он напомнил мне про отработку штрафных.

Почему этот человек только и делает, что портит мне настроение?

Я из принципа доела все дольки, хотя в меня уже не лезло.

И делала это крайне медленно, чем явно веселила Дальтиго. Дориэн же мне ничего не говорил, но сверлил меня таким взглядом, что у меня на душе становилось теплее от его тихого бешенства.

Видимо, Рамис получал искреннее удовольствие от нашего противостояния с Ренци, потому что он потащился за нами до ворот академии.

— Послушай, — сказал он мне, пока Дориэн доказывал стражнику, что мы имеем право выйти за территорию, — я не знаю, как это у тебя получается, но продолжай в том же духе.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Это же Ренци! Холодная, расчетливая и безжалостная машина. Бездушный карьерист, идущий к своей цели и никогда не теряющий голову. И я тебе не слухи передаю. Мы с Дориэном давно знакомы. И что я вижу? Бесчувственный гаденыш внезапно стал похож на человека, он явно за тебя трясется, чистит тебе яблоки, выходит из себя при мысли о том, что с тобой кто-то остался наедине… Прими мои поздравления.

— Ты преувеличиваешь, — поморщилась я. — Всему есть объяснение. Не секрет, что мы с Ренци напарники. Наша связка увековечена в списках на главной доске возле расписания. Дориэн, как ты справедливо заметил, бездушный карьерист. Он знает, что его без меня к экзамену на выживание не допустят, вот и весь его интерес. Если бы он мог, избавился бы от меня в тот же миг.

— Ну да, ну да, — недоверчиво протянул Дальтиго. — Вы, девчонки, обладаете просто удивительным зрением. Находите в поступках то, чего нет, зато очевидного не замечаете в упор.