Книга Черная вдова с двумя детьми желает познакомиться!, страница 93 – Наталья Смеречинская

Гримс всё ещё был без сознания, а сверху слышался тихий стон его подельника, который судя по всему пришел в себя.

— Я пойду запрягу повозку, — сказал Николас. — Ты сможешь приглядывать за ними?

— Конечно, — уверенно кивнула я, держа фонарь крепче.

Муж ушёл, а я осталась наедине с теми, кто ещё недавно был реальной угрозой.

Было страшно и в то же время волнительно.

Я чувствовала странное удовлетворение от того, что теперь власть была в наших руках.

А главное — у нас было вино.

Фамильное вино.

Которое судя по словам Николаса было очень дорогим и особенным.

Неужели это тот самый просвет в наших черных днях? Неужели нам удастся выбраться из этой бесконечной западни?

" Помни кого должна благодарить" — шепнуло внутри и я вздрогнула едва не уронив фонарь.

Рано расслабляться, Ясмин! Ты еще не справилась с самым главным вызовом.

Дар!

Вот что по- настоящему угрожает твоей семье.

Перевозка оказалась настоящим испытанием на стойкость.

Сама по себе задача не была сложной: перенести бочки в повозку, довезти их до дома, разгрузить и спрятать в подвале (который тоже там имелся). Но учитывая, что всё это делал практически в одиночку уставший до этого Николас, задачка превратилась в настоящий подвиг.

Я помогала, чем могла: держала фонарь, проверяла, чтобы ничего не осталось в сарае, подавала верёвки и крепила бочки наравне с мужчиной. Но в плане физической работы Николас не подпускал меня ни на шаг.

— Ты даже не пытайся, — сказал он, когда я, поддавшись порыву, попыталась ухватиться за бочку. — У тебя сейчас другие заботы.

Я раздражённо поджала губы.

— Я не стеклянная, Николас, — проворчала, втайне радуясь и млея от его заботы.

Потерять еще одного ребенка я была совсем не готова.

Он же только покачал головой и, проигнорировав моё видимое недовольство, поднял очередной тяжёлый груз.

Муж работал, не останавливаясь ни на минуту. Даже когда пот стекал по его вискам, даже когда плечи едва заметно дёргались от усталости. Он просто продолжал.

Я смотрела на него и понимала, насколько ему тяжело и что он просто не выдержит напряжения. Но упрямый Николас не сдавался.

Когда вторая партия бочек уже стояла в повозке, он провёл ладонью по лицу и, тяжело выдохнув, усмехнулся.

— Начало положено!

Я смотрела на него и одновременно восхищалась и злилась. Упрямый, сильный, несгибаемый мужчина, но чертовски неразумный в том, что касается собственных сил. Он едва стоял на ногах, но вместо того чтобы передохнуть, снова наклонялся за следующей бочкой.

— Николас, хватит, — тихо, но твёрдо сказала я надеясь на его благоразумие, хотя в душе отлично понимала, что сейчас не время себя жалеть.

Вино нужно увезти как можно быстрее. До того, как любопытный людской глаз успеет что-либо заметить.

В ответ мужчина только усмехнулся, как будто не услышал, и продолжил работать.

Когда третья партия бочек оказалась в повозке, он снова провёл рукой по лицу, стирая капли пота с висков.

— Осталось немного, — сказал он, словно убеждая самого себя.

Я встала рядом с ним, сложив руки на груди.

— Ты уже на грани, — заметила я.

— Всё в порядке, — ответил он, делая вид, что мне не удастся его пронять.

Я тяжело выдохнула и отступила не знаю радоваться или сокрушатся. Но продолжила помогать, пока это было возможно.