Книга Я – Ректор Академии Темных Тварей, страница 57 – Тина Солнечная

Не знала, что от члена во рту может пойти такое возбуждение. Я впустила его глубже и начала ритмично насаживаться.

Он чуть подался навстречу, не торопя, но одобряя. Его пальцы прошлись по моим волосам, нежно, осторожно, будто благодарили.

Это было… ново. Неловко. Трепетно и так горячо.

Я делала всё осторожно, интуитивно, ориентируясь только на его дыхание, на редкие выдохи и тихие, сдержанные звуки. Его голос — шёпотом, с хрипотцой:

— Моя девочка…

И в этих словах было всё: нежность, восторг, благодарность. Я чувствовала, как он сдерживается, как тяжело ему не потеряться в этом, но он всё ещё со мной. Всё ещё здесь.

Но мне хотелось большего. Хотелось, чтобы он сорвался в бездну вместе со мной. Я вспомнила все взрослые фильмы, что смотрела и все советы, что давали подружки и вобрала его на всю глубину. Не надолго. Надолго не смогла, но он застонал так, что я поняла, что делаю все правильно.

Мир будто замедлился. Осталась только я, его тепло, и моё желание подарить ему нечто большее, чем просто ласку. Себя. Всю.

И в этот момент я ни о чём не жалела. Я облизывала и обсасывала его член как самую вкусную конфету, позволяя мужчине стонать подо мной и помогать руками держать нужный ему темп. Я так увлеклась в этот процесс, что горячая струя ударившая мне в горло стала неожиданным сюрпризом, но я быстро опомнилась и проглотила все, что он мне подарил. А потом еще немного пососала член, стараясь не оставить в нем ни капли сладковато пряной жидкости.

Он лежал, откинув голову назад, с тяжёлым, прерывистым дыханием. Его грудь стремительно вздымалась, а пальцы всё ещё едва касались моих волос, будто не хотел терять связь даже в этом — уже после.

Я поднялась медленно, чуть запыхавшись, с непривычным ощущением тепла в груди и в сердце. Неуверенно провела языком по губам, будто смывая остатки сомнений, и, наклонившись над ним, заглянула в его лицо.

— Тебе… — прошептала я с лёгкой улыбкой, стараясь скрыть волнение. — Понравилось?

Он усмехнулся, уверена, он смотрел на меня. Пусть я этого и не видела.

— Это был… лучший минет в моей жизни, девочка моя. Без шуток.

Я приподняла бровь, покачав головой:

— Это хорошо. Потому что… в моей — он был первым.

Он застыл на долю секунды. Я буквально кожей ощутила его удивление, а потом нежность, накрывшую меня, как одеяло.

— Первый?.. — повторил он хрипло, почти благоговейно. — Ты… никогда до этого минеты не делала или вообще никогда?

Я кивнула, чуть смущённо. Он не стал говорить больше. Просто притянул меня к себе, укутал в свои объятия, прижав, будто клялся хранить.

— Тогда я навсегда останусь твоим первым, — прошептал он. — И, если позволишь… буду первым не только в этом.

Я замерла в его объятиях, прижавшись щекой к его плечу, и внутри всё заколыхалось — не от страха, нет… от ответственности. От тяжести слов, которые я не могла сказать. Или не знала как.

Он был таким тёплым, нежным, настоящим — во сне. И всё казалось почти реальным, почти простым. Но я знала, что там, по ту сторону пробуждения, всё не так однозначно. Всё путается, всё обжигает.

Я прикусила губу и прошептала, не поднимая взгляда:

— Я… не могу тебе это пообещать.

Он слегка напрягся, но не отстранился. Напротив — чуть крепче сжал меня в объятиях, и лишь спустя мгновение поднялся на локтях, глядя на меня сверху.