Книга Любовь, которая имеет право на второй шанс. Книга 1, страница 24 – Елена Дриим

— По…, – но вовремя вспомнила, что инициативу должны первыми проявлять мужчины, поэтому спешно исправилась:

— Понять и простить? – предложила, глупо хихикнув.

Ректор Академии тёмных искусств ещё раз устало вздохнул, а затем поднялся из своего кресла и подошёл ко мне. Нежно приподнял мой подбородок, вынуждая смотреть в его невероятные синие глаза. Никогда не понимала смысл фразы: «Увидеть целый мир в глазах». Но сейчас я видела в глазах этого мужчины намного больше, чем какой-то там мир.

А ещё мне безумно хотелось потереться щекой об его слегка грубую ладонь. При этом ещё и начать мурлыкать как кошка.

— Даниэлла, я понимаю, что вы совсем недавно пережили утрату, – ласково произнёс, – и для вас непривычно оказаться в нашей академии. Но я вас прошу соблюдать правила поведения, которые здесь установлены.

— А в правилах запрещается приводить с собой друзей? – уточнила.

— Если под друзьями вы понимаете толпу умертвий, то запрещается.

— Это несправедливо, – возмутилась.

А после этого решила воспользоваться исконно женским оружием. А то есть пустить скупую некромантскую слезу. И мне даже не пришлось для этого сильно стараться. Хватило просто напоминания о моих танцующих умертвиях, которых безжалостно упокоил ректор.

— Даниэлла, – предсказуемо растерялся мужчина.

Чтобы закрепить эффект, разрыдалась ещё сильнее. И в итоге я оказалась в аккуратных объятиях ректора, который безрезультатно пытался успокоить меня. Посильнее всхлипнула и прижалась сильнее к груди мужчины, бессовестно пачкая белоснежную рубашку профессора своими соплями и потёкшей тушью.

— Пожалуйста, успокойтесь, – произнёс, – что вас так расстроило, Даниэлла?

— Мои зомбики, – жалостливо проныла, – один топорик от них и остался.

— Конечно, некроманты привязываются к своим умертвиям, – очередной усталый вздох.

Да, привязываемся. Но только я уже давно научилась с этим справляться. Но ректору об этом знать необязательно.

— Вам стоит выпить успокоительного и отдохнуть, – подвёл итог, – давайте, я провожу вас в вашу комнату.

И мужчина попытался отстраниться от меня. Но мне такое не понравилось и я вцепилась в ректора ещё сильнее. В итоге после нескольких провальных попыток избавиться от моих объятий, профессор, уже не знаю в какой раз, устало вздохнул и подхватил меня на руки.

Когда ректор вынес меня на руках из своего кабинета, то у всех, кто дожидался меня, так повылазили глаза, что я даже слегка испугалась за них. А ждали меня: Даниэль, его сосед и моя соседка. И если увидеть брата было ожидаемо, то эти двое зачем здесь трутся?

— Что случилось? – обеспокоенно осведомился брат.

И парень предпринял попытку забрать меня с рук ректора, но я покидать это место не планировала. Поэтому сунула Даниэлю внушительный топорик, чтобы парню было чем занять свои руки.

— Рурвадиан, – обратился к лысому профессор Диргарон, – иди к врачу и возьми успокоительное и снотворное.

Студент понятливо кивнул и спешно удалился. А ректор направился прямиком в общежитие. Не знаю, что вызвало больший шок у местных студентов: представление моих умертвий или то как ректор нёс меня на руках?

Даниэль и Мэриэль спешили за нами. Когда из-за угла нам навстречу вышел красноволосый куратор первого курса, то я показательно всхлипнула, при этом победно смотря на профессора Нинглорона из-под опущенных ресниц. Вот заполучу ректора и попрошу уволить этого красноволосого лжеца. Да, так и поступлю.