Книга Тёмный(ая) в академии светлых, страница 6 – Елена Дриим

Среди нашей троицы самой яркой всегда была Иримэ. Даже несмотря на то, что я была невестой принца. Но многие меня знали, как подругу той чокнутой, которая может перепить любого мужика или на спор пройтись по краю пропасти.

Аэлар всегда был против того, чтобы я общалась с такой невоспитанной и взбалмошной девицей, как он всегда высказывался о моей подруге. Нужно было его послать, тогда когда он впервые посмел сказать такое о моей подруге. Но я закрывала на это глаза, списывая всё на то, что Ир частенько, действительно, вела себя совсем не так, как полагается настоящей леди.

К слову, Иримэ тоже никогда не питала к моему жениху тёплых чувств. Она никогда не стеснялась называть Аэлара – принц общипанный. Она, в принципе, никогда и ничего не стеснялась. Наверное, потому что ей очень повезло с отцом, который во всём поддерживал свою дочь.

Лорд Дуат не был потомственным аристократом. Но он был очень выдающимся магом и изобретателем. Именно он создал один из первых магафонов, ставший предшественником тех устройств, которые мы используем сейчас постоянно. Это изобретение принесло ему огромное состояние. Но врождённого снобизма, присущего многим лордам и леди, у отца Ир не было. Он был очень простым мужчиной в общении. Мне нравилось бывать в гостях у их семьи. Но это не нравилось моему отцу. И в итоге он мне запретил посещать дом Дуатов. По его мнению мне такие знакомые были не по статусу, я ведь была будущей императрицей.

Раньше именно Иримэ всегда была в центре событий, а мы с Галадриэль лишь находились с ней рядом. Но с момента, как я прибыла в Тёмную империю, в центре внимания всегда находилась моя персона. И я не кайфовала с этого, как моя подруга. Я каждый раз хотела остаться незамеченной, но ещё ни разу такого не получилось.

В столовой появился Даниэль, который взволновано посмотрел на меня, потирающую лоб от удара, и обратился к супруге:

— Что с ней?

— Новости читала, – спокойно пояснила, – голодный? Есть будешь?

— Не откажусь, – сел за стол.

Слуги тут же принесли ещё один комплект приборов и налили хозяину дома свежий кофе в чашку.

— Как себя чувствуешь? – поинтересовался у меня.

— Чувствую себя полной идиоткой, – призналась.

— Только последние глупцы чувствуют себя умными, – попытался успокоить меня, – но теперь, после вашей прогулки по столице, Шин очень хочет познакомиться с таинственной брюнеткой, которой его сын покупал обручальное кольцо.

Великолепно. Только внимания императора мне и не хватало.

— Да, я не знала, что здесь обручальное кольцо на левой руке носят, – в очередной раз начала оправдываться.

— Это я и так понял, – усмехнулся, отпивая кофе.

— Император же не понял, что с принцем я?

— Нет, – успокоил, – пока, нет.

Спрятала лицо в ладонях. Хотелось просто кричать и поколотить одного императорского гада. Может, пока он там сладко спит в своей постели, наведаться к нему и придушить подушкой? Мысль мне понравилась.

— Почему Риар меня не остановил, когда я напяливала кольцо на свой палец? Он же всё прекрасно знает о местных традициях.

— Конечно, не берусь утверждать, что у моего, ушибленного в детстве, племянника на уме, – протянула Ирида, – но могу предположить, что его вполне устраивает ситуация, когда его обручальное кольцо надето на твой пальчик.