Книга Истинная для четырех драконов, страница 18 – Алатея Иак

— Я уверена в своей формуле, я уверена в нашей истинности, но ты можешь рискнуть и проиграть всё! — продолжила Аннабель голосом истинной дьяволицы. Я ей поверила. Лирон Кантес, судя по ошарашенному взгляду, тоже ей верил.

— Ты блефуешь, — только и ответил инквизитор, не поддающийся чарам драконицы, но когда та отрастила когти на руках и перерезала собственное сухожилие на левой руке, Андер сжал зубы, наблюдая, как на пол струится алая кровь. С каждой каплей рога на его голове — серебряные и чешуйчатые — становились всё больше. Скрип зубов усилился, когда у ног Аннабель образовалась лужа. Прежде чем вскочил Лирон Кантес, это сделал инквизитор. Схватил девушку и рывком потащил прочь из кабинета. Аннабель начала терять сознание, её крылья исчезли, как и рога. По коридору главный инквизитор уже бежал с моей подопечной на руках. Мы с хозяином дома бежали за ним. Выбив входную дверь с ноги, Андер оказался на улице, расправил крылья и взмыл в воздух.

— Здесь всё чисто! — раздался его рёв, который услышали те, кто был за воротами. Наблюдать такое было, мягко говоря, страшно.

— Когда она вернётся, я сам её убью, — прошептал Лирон и схватился за сердце. Мужчина опустился прямо на землю, чтобы отдышаться и прийти в себя. За воротами послышался звук удаляющихся экипажей.

— Он спасёт её? — задала я глупый вопрос хозяину дома, который облокотился на стену и пил воду, принесённую слугой.

— Я уверен, — ответил артефактор, совсем не радуясь. Перспектива гнить в тюрьме, кажется, нравилась ему гораздо больше, чем счастье собственной дочери и её истинность с инквизитором.

Уснуть после такого было достаточно сложно. Мы с Лироном и слугой засели на кухне и начали опустошать запасы алкоголя. Я давилась дорогим красным вином, а мужчина пил виски. Через час прилетело письмо. Слуга быстро достал его из специального ящика для магических писем и отдал артефактору.

— Аннабель в королевском госпитале. Жива. Будет дома к завтрашнему вечеру. Андер, — прочёл полуночное письмо Кантес и поморщился.

— Если она здорова, то почему будет дома только завтра к вечеру? — рассердился хозяин дома и от досады шлёпнул ладонью по бумаге, будто это она в чём-то виновата. — Он решил пытать мою дочь! Это наверняка! Что он собрался делать с ней до вечера? — взорвался негодованием отец семейства.

— Дело молодое... — тихо намекнул слуга, за что получил взгляд, полный ненависти. Через час мы получили ещё одно письмо, только оно было адресовано мне. Лирон вырвал его из рук слуги и вскрыл, кровожадно вгрызаясь в каждую букву.

— Успокой отца. Со мной всё в порядке. Пусть не ищет меня до завтрашнего вечера, у меня свидание. Аннабель, — со злостью прочитал артефактор и опешил.

— Выпьем за то, что всё хорошо закончилось, — предложил слуга и, не дожидаясь нашей поддержки, опрокинул в себя половину стакана большими глотками.

— Какое к чёрту свидание? — прошептал артефактор, но уже спокойнее, перечитывая в десятый раз письмо своей дочери.

— Всё разрешилось, Лирон, — кивнула я ему и попыталась забрать ненавистную бумажку, но хозяин дома сжал её крепче и прижал к груди. Дальше он расплакался, как ребёнок, всхлипывая громко и протяжно.

— Моя дочь бросила меня... — трагически проскулил взрослый дракон, и у меня на глазах тоже навернулись слёзы. — Этот гад её же никуда не отпустит, если они истинная пара. И не увижу я больше свою девочку.