Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 18 – Мия Рия

Лира отвечает за внешний вид, официальную атрибутику и этикет правителей — она может заставить даже космический скафандр выглядеть элегантно. Ксандр — помощник в исследовании артефактов, имеющихся в расположении коалиции: его мозг работает как суперкомпьютер, только вместо охлаждения — шутки про термоядерный синтез. Аля — психолог и мотиватор: она умеет поднять настроение парой фраз, даже если ваше настроение и так бьёт ключом — да так, что соседи снизу уже стучат по батарее с просьбой «потише с этим счастьем». Марина — мой фактический секретарь: она помнит все встречи, сроки и дедлайны, а если что-то забывает, то делает вид, что так и было задумано. А Влад — кризисный менеджер: у него на все случаи жизни есть запасной план — А, Б и далее по списку, включая «ПланZ: притвориться метеоритом и улететь подальше».

— О, наконец-то! — воскликнула Ракета, сверкая клыками ярче голографических знаков отличия. — Мы уже думали, ты села на диету в преддверии свадьбы!

И все девочки наперебой начали закидывать меня вопросами, смакуя подробности утреннего события с энтузиазмом журналистов, получивших эксклюзив. А Ракета сетовала, что пропустила самое интересное.

Я улыбнулась и подошла к столу, где еды было больше, чем звёзд в нашей галактике. Но аппетит куда-то испарился — перед предстоящим разговором даже ягодный пирог выглядел подозрительно.

Ксандр, отличавшийся проницательностью и корректностью, взял меня за локоть с нежностью акулы, поймавшей добычу, но решившей сначала провести с ней воспитательную беседу:

— Я видел приказ об академическом отпуске. Ребята ещё не в курсе. Может, расскажешь, что за дела? — прошептал он.

— Да ерунда, Ксандр! В свете последних событий это просто мелкий пустячок. После ужина зайдите ко мне с Лирой — есть разговор, — ответила я, понимая, что вынуждена буду предложить смещение канцлера, и от этого в животе скручивался тугой узел, отбивавший аппетит.

*****

Лира, Ксандр и Рик, которых я пригласила, чтобы показать свой новый учебник по истории галактики — «Версия для особо просвещённых единиц», — уже несколько часов передавали его из рук в руки, зачитывая друг другу самые яркие места повествования, будто это блокбастер.

Рик изначально был не в настроении: новость о том, что я оставила учёбу, ещё и не посоветовавшись с ним, превратила его в холодную статую. Он постоянно отвлекался на свой квантофон, ведя переписку с кем-то и бросая на меня нечитаемые взгляды.

Я наконец решилась перейти к сути сегодняшней повестки. Облокотилась спиной на стену — будто ища в ней опору, которой так не хватало в текущей политической обстановке, — и начала:

— Ребята, Совет не желает со мной работать по причине устойчивой ненависти к моим дальним предкам. После ознакомления с сим манускриптом я их прекрасно понимаю, — я махнула рукой в сторону книги. — И моё свержение — лишь вопрос времени.

Шок воцарился в комнате. Лира уронила книгу (к счастью, не на ногу Ксандру), Ксандр замер с открытым ртом, а Рик… Рик остался статуей. Видимо, режим «окаменение» сложно отключить.

Пользуясь эффектом ошеломления, я быстро, сбивчиво начала выкладывать все свои доводы и домыслы, пересказывать события по ролям, не скупясь на эмоции и подробности. Я изображала советников с их витиеватыми речами, Кащея с его загадочными намёками и даже себя.