Книга Проклятие на всю драконью голову, страница 51 – Юлианна Винсент

Я попыталась двинуться дальше, но ноги словно приросли к земле. Цветы, казалось, стали еще ближе, их прикосновения – навязчивее.

— Тебя бросили родители, — зашептал один голос. — Ты никому не нужна.

— Эйдан просто играл с тобой, – подхватил другой. — Ты наивная дурочка, поверившая в сказку.

— Ты всегда будешь одна, — прозвенел третий. — Одиночество — твоя судьба.

— Проклятие не позволит тебе полюбить! — почти над ухом раздался четвертый. — Особенно одного из Гардов.

Я закрыла уши руками, пытаясь заглушить мерзкий шепот, но голоса проникали в мою голову, словно яд.

Воспоминания всплывали перед глазами: холодный приют, равнодушные воспиталки, редкие визиты желающих меня удочерить, полные неловкости и молчания. Все это было правдой, все это было частью меня, и цветы знали об этом.

— Нет! – закричала я, сорвав с себя охапку наперстянок. – Это неправда! Я сильная! Я справлюсь!

Но цветы не отступали. Они окутывали меня своим дурманящим ароматом озона, заставляя сомневаться в себе, в своих силах, во всем, что было мне дорого.

Внезапно, среди фиолетового моря, я увидела… силуэты. Две фигуры, стоящие, взявшись за руки. Они были размытыми, нечеткими, но я почему-то отчетливо знала, кто это.

Мои родители.

Сердце бешено заколотилось."Мама? Папа?"

Силуэты приблизились, и я смогла рассмотреть их лица. В их глазах была печаль, но в этот раз — какая-то другая, более глубокая и осознанная.

— Алиса, доченька, — произнесла мать, и ее голос был тихим, но твердым. — Нам нужно рассказать тебе правду.

— Ты не просто так оказалась в этом мире, — продолжил отец. — Твоя судьба связана с Эйданом.

Я нахмурилась, пытаясь понять, что они имеют в виду.

— О чем вы говорите? — прищурившись, спросила я.

— В тебе течет древняя кровь, — сказал отец. – Кровь той, кто однажды проклял его род. Ты истинная — Вудрок. Ты – его единственная надежда.

— Черта с два я буду его надеждой! — выплюнула я в ответ. — Пусть этот заносчивый ящер обломится! Если его предки были такими же ублюдками, как он, то прокляли их абсолютно заслуженно.

Ярость, смешанная с обидой, захлестнула меня.

— Ты — ключ к снятию проклятия, — игнорируя мои слова, продолжала говорить мать.

— Ключ? — переспросила я. — Не хочу я быть никаким ключом!

В горле пересохло, хотелось метаться по всему полю от нехватки воздуха. Казалось, я схожу с ума.

— Я хочу быть счастливой, — выкрикнула я в лицо тем, кто ощущался моими родителями. — Я хочу нормальную жизнь.

— Тебе не суждено быть счастливой, Алиса, — произнесла мать, и ее слова прозвучали, как приговор. — Такова цена за магию потраченную на месть. Изабелла думала, что отомстит и это сделает ее счастливой, но она лишь обрекла всех женщин рода Вудрок на вечные страдания. Твое сердце никогда не узнает любви и не сможет полюбить само.

Я покачала головой, отказываясь верить.

— Нет! — прорычала я сквозь зубы. — Я устала расплачиваться за ошибки предков и сама решу, что мне делать!

Я попыталась убежать, вырваться из этого кошмара, но чья-то сильная рука схватила меня за плечо. Я обернулась и увидела… незнакомые лица.

Высокие, крепкие мужчины в темных плащах смотрели на меня с холодным, расчетливым взглядом. В их глазах не было ни сострадания, ни жалости. Только голодный блеск.

— Наконец-то мы тебя нашли, — прошипел один из них. — Ты же знаешь, он не любит, когда от него бегают.