Книга Королева на полставки, страница 48 – Леон Монтан

— Так, сейчас разберемся, — вздохнула Марго и направилась вместе с Хароном в сторону одной из очередей.

— Пойду, прослежу, чтобы она не устроила митинг и не создала профсоюз душ, — усмехнулся Асмодей и двинулся за ней.

Но дойти они не успели. Стройплощадку потряс грохот, а затем — испуганный рев одного из демонов.

— Госпожа! Сюда! Быстро!

Марго и Асмодей переглянулись и бросились на звук. В дальнем, еще не реконструированном секторе Лимба, где бригада Бельфегора сносила особенно толстую несущую стену, образовался огромный пролом. Но за ним была не другая часть зала, а абсолютная, непроницаемая тьма. Оттуда тянуло холодом и запахом чего-то невыразимо старого.

— Этого не было ни на одном плане! — крикнул Бельфегор, подбегая к ним. Его лицо было бледнее обычного. — Мы ломали стену, а она… она просто исчезла, как иллюзия!

Марго подошла к краю пролома. Заглянула во тьму. Ее архитектурное чутье кричало, что здесь что-то не так. Это пространство было… вычеркнуто. Его не было на метафизических чертежах, которые ей предоставил Нафанаил.

— Этого не может быть, — прошептала она. — Я видела все планы строения Лимба. Этого закутка просто не существует.

— Потому что это не закуток, — серьезно сказал Асмодей, подходя и вставая рядом. Он всматривался во тьму, и в его глазах плясали тревожные огоньки. — Это «Бюро находок», вернее, «Бюро потерянных вещей и забытых сущностей». Место, куда попадает все, что было вычеркнуто из реальности. Все, что было забыто так основательно, что даже Лета не смогла его стереть, а просто вытеснила сюда.

— Потерянные носки? — с нервной усмешкой спросила Марго.

— Потерянные носки, вторые ключи, забытые боги, вымершие виды, несбывшиеся мечты, альтернативные ветки истории, которые были отменены. Все здесь, — ответил Асмодей. — Это хранилище вселенского мусора. Харон никогда не говорил о нем, потому что, скорее всего, сам о нем забыл. Вход в него был запечатан на заре времен. Видимо, ваш ремонт нарушил древнюю магию.

Марго завороженно смотрела в темноту. Как архитектор, она не могла смириться с существованием незадокументированного помещения. Как любопытная женщина — она умирала от желания узнать, что там.

— Нам нужно туда зайти, — решительно сказала она. — Нужно провести инвентаризацию и внести помещение в общий план здания.

— Это опасно, Марго, — Асмодей взял ее за руку. Его ладонь была горячей. — Там могут быть вещи, которые были забыты не просто так. Вещи, которые сводят с ума.

— У меня есть каска, — упрямо ответила она. — И трудовой договор, в котором прописана страховка от экзистенциального ужаса. Я иду.

Видя ее решимость, Асмодей вздохнул.

— Хорошо, но я иду с тобой. Бельфегор, оцепить периметр! Никого не впускать и не выпускать!

Асмодей щелкнул пальцами, и в его руке появился шар мягкого, пульсирующего света. Они шагнули вместе через пролом, во тьму.

Внутри было тихо и холодно. Пространство оказалось бесконечным залом, заставленным стеллажами, уходящими ввысь. На полках стояли, лежали и висели самые невообразимые вещи. Вот в стеклянной колбе билось крошечное, так и не родившееся солнце. Рядом на бархатной подушечке лежал звук смеха человека, который умер последним на своей планете. В огромном аквариуме плавала идея о вечном мире, от которой отказались за ненадобностью. В воздухе медленно дрейфовали пузыри с альтернативными воспоминаниями: вот Марго, ставшая не архитектором, а ветеринаром, лечит грифона. Вот Асмодей, проигравший войну за ад и ставший мелким бесом.