Книга Джинн из кофеварки, страница 21 – Леон Монтан

Утро четверга началось не с будильника. Оно началось со звука, с которым тяжелый, тупой предмет методично ударяется о разделочную доску.

Лера открыла один глаз. На часах было 06:40. Из-под кухонной двери пробивался свет и тянуло чем-то сладким, ванильным и... слегка горелым.

Она накинула халат и, шлепая босыми ногами по паркету, поплелась на разведку.

Кухня выглядела так, словно ночью здесь произошла битва между мукомольным заводом и полтергейстом. Белая пыль покрывала столешницу, пол, микроволновку и даже листья одинокого фикуса на подоконнике.

Посреди этого белоснежного хаоса возвышался Дамир.

На нем была черная футболка, теперь щедро присыпанная мукой, волосы собраны в строгий пучок, а на точеном скуластом лице читалось выражение глубочайшей, экзистенциальной фрустрации. В одной руке он держал смартфон Леры, в другой — деревянную лопатку, которой с остервенением шлепал по бесформенной белой массе в миске.

— О, владыка пламени, — хрипло спросонья произнесла Лера, опираясь о дверной косяк. — Кого мы пытаем этим прекрасным утром?

Дамир резко обернулся. На его идеальном аристократическом носу белело пятно муки, что совершенно уничтожало весь его грозный вид.

— Эта твоя белая субстанция, — Ифрит с отвращением ткнул лопаткой в миску с творогом. — Она лишена логики! В магической сети сказано: «возьмите сухой творог». Но он влажный! Я добавил муки, как велела сеть. Теперь это похоже на застывшую строительную смесь для зиккуратов! Как смертные женщины справляются с этой алхимией?!

Лера прыснула, прикрыв рот рукой. Великий и ужасный джинн, разрушитель городов, потерпел поражение от пачки девятипроцентного творога.

— Ты не использовал магию? — спросила она, подходя ближе и заглядывая в сковородку.

— В сети было сказано: «главный ингредиент — это душа и ручной труд», — мрачно ответил Дамир, скрещивая руки на груди. — Я хотел постичь эту магию. Я месил его руками! Но эта проклятая белая грязь прилипает к пальцам сильнее, чем проклятие некроманта! В итоге мне пришлось применить легкое температурное воздействие, чтобы они не развалились на сковороде.

Он кивнул на тарелку, стоявшую на краю стола.

Там лежали они. Сырники.

Они были не просто круглыми. Они были геометрически идеальными цилиндрами, словно выточенными на токарном станке. У каждого была хрустящая золотистая корочка, и от них исходило мягкое, едва уловимое внутреннее свечение, пахнущее ванилью и топленым маслом.

Лера взяла один. Он был теплым и поразительно легким. Откусила.

Мир вокруг замер. Творог внутри был нежным, как суфле, сладость была идеальной, а легкая нотка лимонной цедры взрывалась на языке фейерверком вкуса. Это было лучше, чем кофе. Это было незаконно вкусно.

— Дамир... — прочавкала Лера, прикрыв глаза. — Если ты начнешь продавать это, мы погасим ипотеку за месяц. Ты гений. Ты повелитель творога.

Грозный владыка ветров заметно расслабился. Гордая улыбка тронула его губы. Он потянулся и смахнул муку с предплечья.

— Я говорил тебе, женщина, для меня нет невыполнимых задач. Моя тактика...

— Да-да, твоя коварная тактика по порабощению моей воли через желудок, — перебила Лера, доедая первый сырник и тут же хватая второй. — Работает безотказно. Продолжай в том же духе.