Онлайн книга «Ловушка для сверчков»
|
Меня догнала Томочка, за ней подтянулись Сева с Захаром. — Непонятно, возле них телефон или где-то в той стороне, – сказал Сева. — Мужчины, почему стоим? – спросила Томочка. – Берите палки – и вперед! — Может, стороной обойдем? — Западло обходить, – сказал Захар. – Типа мы реально испугались собак. Собаки внимательно следили за нами. Это их территория, гостям они не были рады, но прогонять людей не спешили. Мы ретировались, чтобы выломать палки. — Мне тоже! – приказала Томочка. Вооружившись, мы двинулись к стае. Собаки не дрогнули, крепко стоя на четырех лапах и внимательно глядя на людей. Мы невольно приостановились, затем сделали еще пару шагов и замахали палками: — Пошли вон! — Убирайтесь! Собаки захрипели угрожающе: еще шаг-другой – залаяли вразнобой: не подходи! Два больших пса – рыжий лохматый боец и ризеншнауцер, черный бородач с обрывком веревки на шее, – выдвинулись нам навстречу и ощерили клыки, выкрикивая угрозы грубыми прокуренными голосами. Еще шаг. Рыжий боец и черный бородач бросились вперед и откатились назад, пугая обманными атаками, но не приближаясь. Ждали момента или не решались напасть? — Ах вы, суки! Захар ринулся к ним, потрясая дубиной. Рыжий и ризеншнауцер отступили, хрипло обещая порвать его в клочки, если подойдет ближе. Мы продвинулись вслед за Захаром. Псы попятились, но оборону держали. Мы поднажали. Вся банда отступила. В высокой траве слева, у самого края дорожки, осталась лежать то ли одна из собак, то ли еще что-то… Разглядеть, что именно, было невозможно. — Вроде какие-то тряпки черные, – сказал Захар. — С помойки притащили, – неуверенно предположил Сева. В отличие от них, я себя не обманывал. Знал, что это Миша. Возле него упрямо продолжала шнырять с истерическим лаем маленькая собачонка, похожая на злобный футбольный мяч, обросший грязным волосом. Последняя защитница. Остальные бандюги следили за нами, расположившись шагах в шести поодаль. Захар пнул защитницу, она, завизжав, покатилась к своим. Мы подошли как раз в тот момент, когда смолкли трагические аккорды реквиема… Описывать не стану. Скажу лишь, что мой бедный Кузнечик был наполовину съеден. Судьба отказала ему даже в такой малости, как посмертная значительность. Великий актер превратился даже не в труп, а в полуфабрикат, мясную тушку, разделанную не по правилам и нелепо облаченную в обрывки черной рубахи. Чувство вины ударило меня, как электрический разряд: «Вот она, моя ответственность!» «Хочу – бью, хочу – не бью» Наблюдатель Разумеется, они завтракают в большой столовой. Хельга не позволяет себе распускаться даже в походных условиях. Они с Эриком сидят за длинным столом на своих обычных местах. На тех же, что в большой квартире в Москве. Она – там, где положено сидеть хозяйке дома, несмотря на то что хозяйское кресло на противоположном торце пустует. Эрик помещается сбоку, по правую руку. Рядом с ним воспитательница, Екатерина. Разумеется, учитывая время дня, это не завтрак, а ланч. Несмотря на это элегантное название, еда простая. Хельга воспитывает сына как маленького лорда. И делает лишь одну уступку аристократической педагогике – обходится без порки. Она не уверена, что современные британские аристократы лупцуют розгами своих отпрысков, однако они по-прежнему пичкают их пориджем, о чем не раз Хельга напоминает Эрику. Его это мало утешает: |