Книга Мёд горьких трав, страница 37 – Диана Ва-Шаль

Затем заговорили о здоровье Терезы, которая в последние недели находилась под бдительным наблюдением врачей – несмотря на отличительное долгожительство женщин в семье Вессель и долгое сохранение ими бодрого духа, девяносто три года брали свое, – присутствующие высказывали свои переживания о ее состоянии. Райан также заметил, что частым гостем Терезы за последние годы стал Лукас Снобийский; генерал и несостоявшийся маркизус завел дружбу с пожилой женщиной, и каждые два дня передавал ей с медсестрами цветы.

Разговоры лились. Дамир, утомленный за день, попросил у детей прощения и оставил их одних, сам удалившись отдыхать, и беседа в отсутствии Главнокомандующего все равно приобрела более непринужденный, откровенный тон.

— К слову о благотворительных выступлениях, – Рэм разлил вино по бокалам и бросил взгляд на Райана. – Политическая полиция запретила выступление Юргена Краушвица в °33-14-1. Насколько мне известно, решение прошло через столичную жандармерию.

— Верно. Я лично подписал постановление, – и прежде, чем кронпринц заговорил, Райан продолжил, – Юрген слишком громко и вызывающе высказался о таможенных ограничениях. В негативном ключе, конечно; якобы подобная бюрократия изматывает верноподданных и заключает их в кандалы. Высказывание вопиюще. Огромное число благонадежных верноподданных возмутились подобным словам от именитого артиста; и восхитились оперативными действиями жнецов по отмене его выступления.

— В прессе действительно Юргена осудили, – подтвердила Шонни.

— В официальной прессе, ты имеешь ввиду? Ах, ну да, остальную же найти проблематичнее, – ответил Дэвид тихо, скорее для себя, криво усмехнувшись и пригубив вино.

Шонни нахмурилась.

— Можно было провести иные меры, – качнул головой Рэм, продолжая смотреть на младшего брата. – Концерт был благотворительным. Средства, собранные там, направлялись в Фонд паллиативной помощи детям.

— И что я должен был делать, хм? Отправить Юргену предупредительное письмо? Пусть его пример будет показательным. Очередной шут, распятый на потеху толпе. Отмена концерта – это мелочь.

— Конечно, мелочь; особенно если сравнивать с казематами жнецов, да? – в голосе Дэвида нескрываемое пренебрежение.

— О, ты тоже решил возмутиться? Переживаешь о срыве благотворительного концерта? – огрызнулся Райан. – Мог бы выплатить со своих многочисленных заведений необходимую сумму денег в Фонд, а не покупать очередной байк или тачку.

Рэм нахмурился, на лице Дэвида отразилась смесь насмешки и досады.

— Рай, Дэвид уже семь лет является одним из основных спонсоров Фонда, – сказала негромко Ина. Она будто не могла поверить, что Райан не в курсе. – Он его главный содержатель и ключевое лицо в попечительском совете. Фонд – это детище Дэвида, – недолгая пауза. – Ты вообще знаешь свою семью?.. Или тебе хватает тех сведений, которые доносят на нас жнецы?

— Речь вообще не об этом… – отмахнулся тот, скрывая, насколько смутился. – Вы пытаетесь ослабить гайки. Не удивляйтесь, если машина перестанет работать и всё снесет.

— А вариант того, что подобный исход может случиться из-за сорванной резьбы, ты не рассматриваешь? Нельзя переусердствовать.

— Мы должны поддерживать установленный порядок, – ответил Райан кронпринцу тверже, глуше, через зубы. – Если позволять каждому высказывать свое мнение, это может привести к беспорядкам и неуважению к власти. Мнение народа – это легкоманипулируемая масса, которая выбьется из-под контроля, стоит отпустить вожжи. Трое – гарант стабильности в Госуд…