Книга Малинур. Часть 1, страница 45 – Андрей Савин

Разведчики лежали в камнях, напряжённо сканируя взглядом темень и пытаясь в мельтешении отблесков разрывов увидеть силуэты приближающихся всадников.

— Вижу, двое на лошадях, – произнёс офицер, не отрываясь от прибора ночного видения.

Спустя минуту метрах в пятидесяти заметили красный огонёк. Кузнецов моргнул фонариком условный сигнал. Огонёк световой азбукой ответил. Сергей толкнул в плечо Колесникова, тот снял автомат с предохранителя в готовности немедленно открыть огонь. Справа двое офицеров также клацнули флажковым переключателем огня. Кузнецов встал и, включив фонарик с красным светофильтром, положил его на валун в пяти метрах от группы приёма. Сам отошёл на противоположную сторону и спрятался за камень в ожидании подхода всадников.

— Али, чапан, – произнёс пароль Колесников, когда лошади были перед ним в семи метрах.

— Васкат, комондор джан, – отозвался ваханец, не узнавший голоса подполковника.

Тот включил другой фонарик и появился сбоку, напугав жеребцов, и так дрожащих от страха перед канонадой.

— Я здесь, – еле прохрипел Сергей, показав на горло. Потом взял коня под уздцы, протянул наезднику руку: – Как ты?

Али спрыгнул на землю.

— Хорошо, командон. – Мужчины обнялись. – Точно разболелся, совсем голоса не узнать.

В небе кто-то щёлкнул выключатель, и блёклый солнечный свет залил ущелье.

Стрельба стихла. Природа в ужасе замерла от такого шумного рассвета, и даже мелкие птички, обычно в зарослях встречающие солнце весёлым чириканьем, сидели не шелохнувшись. Сергей послал одного офицера к Смирнову, дабы он лично в группе осмотра проконтролировал результат огневого поражения, проверил тщательность обследования на предмет изъятия важных трофеев и документов и не допустил дострела тяжелораненых – обязательно нужен хотя бы один пленный для понимания полноты картины. Обычно раненых душманов спасали, но здесь был особый случай. Огневой налёт совершён всего в километре от пакистанской границы и в ущелье, откуда вытаскивать кого-то времени просто не будет. В любой момент может нагрянуть подмога, и тогда сама группа осмотра, спустившаяся вниз, окажется для противника мишенью на стрельбище. Успеть бы собрать оружие, документы и, заминировав всё, под прикрытием своих выйти по ущелью в тыл.

Перво-наперво Али с напарником попросили воды, и лишь когда напились до отвала, все двинулись к точке эвакуации. Периодически с границы долетало эхо отдельных выстрелов, и Кузнецов каждый раз морщился, понимая, что они значат. По дороге ваханец рассказал, что Вахида ему пришлось просто взорвать в своём доме. Килограммом тротила, что ему выдал Кузнецов, он этой ночью обвалил саманную стену его спальни со стороны улицы. А когда глиняная кирпичная кладка рухнула, он залез в пролом и уже мёртвому головорезу своим акинаком отрезал башку.

Сергей вопросительно взглянул на агента. Тот невозмутимо махнул за спину, где другой офицер вёл под уздцы его лошадь:

— Там, в мешке. Собаке – собачья смерть. Не получилось кинжалом прирезать шайтана. Кишлак большой, он целыми днями где-то лазил. К ночи лишь домой возвращался. Во дворе постоянно охрана и два пса. Когда стену взорвал, их контузило. Пока темно да пыль, я и успел. В стену, кстати, был замурован металлический шкаф, вроде сейфа, его верхнюю часть тоже разворотило. Там какие-то бумаги лежали в шкатулке, забрал их. На, держи, – ваханец достал из-за пазухи и протянул картонную канцелярскую папку. – Между прочим, этим шкафом Вахида и прибило. Его озирбоши^[16] и соседи примчались, но сразу так ничего и не поняли. Я при них изобразил, будто тоже на взрыв спасателем прибежал. Темень же, да ещё шарфом лицо от пыли закрыл, чтобы с фонариками не узнали. Мы спокойно из кишлака вышли. Смотрим, никто и не собирается за нами гнаться. Пришлось напарнику из автомата пальнуть, тогда лишь засуетились.