Книга Бетонное алиби [сборник], страница 34 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Он выключил верхний свет, оставив только лампу, создавшую островок света в темноте. Выпил глоток остывшего, горького чая. Его взгляд блуждал от одной стопки бумаг к другой, от схемы на стене к фотографии Корнеева, приколотой рядом. Все было на месте. Все доказательства. Все звенья цепи. Логика была безупречной, как теорема. Но эта теорема, эта цепь замыкалась не на Беляеве. Она уходила куда-то выше, в туманные высоты власти, где фамилии реже мелькают в уголовных делах и чаще — в списках наград.

«За этим конкретным убийством стоит не просто частная жадность Беляева, — думал Гуров, глядя на отблеск лампы в темном, как смоль, окне. — Стоит системный развал. Разрыв между должным и сущим в контроле за госрасходами, где проверки стали пустой формальностью, а реальная ответственность — архаичным словом из забытого словаря».

Он потушил лампу и вышел в пустой, освещенный лишь дежурными светильниками коридор. Его шаги гулко отдавались в тишине.

Утром Гуров, с тщательно подготовленной папкой под мышкой и с четко сформулированными тезисами в голове, поднялся на этаж к генералу Орлову. Секретарша Верочка, мудрая женщина, проработавшая с Орловым двадцать лет, увидев его лицо — не усталое, а собранное, заостренное, как лезвие, — без лишних слов кивнула на глухую дверь кабинета.

— Заходи, Лев, жду, — раздался из-за нее голос Орлова, прежде чем Гуров успел постучать.

Генерал сидел за своим массивным, старинным столом из темного дерева. На столе — минимум бумаг, пара телефонов, компьютер в спящем режиме. Орлов выглядел усталым, старше своих шестидесяти с небольшим; глубокие морщины у глаз, седина, уверенно отвоевавшая территорию у темных волос. Но глаза — внимательные, острые, как у старого орла.

— Докладывай, — сказал он, не предлагая сесть. По такому тону Гуров понял: время церемоний прошло.

Гуров положил папку на край стола, открыл ее, но не стал зачитывать. Он говорил по памяти, глядя Орлову прямо в глаза.

— Мотив убийства главного инженера Корнеева установлен. Окончательно. Вещественно и документально. Основание — вот эта сводная справка. — Он слегка пододвинул папку. — В ней три взаимосвязанных блока. Первый: техническая экспертиза. Окончательный отчет Подберезкина. Доказывает: бетон на ключевых участках — некондиционный, намеренно ослабленный. Обрушение — инсценировка, управляемый демонтаж с применением специнструмента. Второй блок: финансовая схема. Данные, добытые Крячко. Доказывают хищение минимум 156 миллионов рублей только по одной партии бетона через цепочку фирм-прокладок. Схема работает. Третий блок: конфликт. Документально подтвержденная переписка, служебные записки, угрозы. Корнеев обнаружил брак, отказался подписывать акты, стал угрозой для схемы. Все три линии сходятся в одной точке. Корнеева убили, чтобы скрыть хищение в особо крупном размере. Заказчиком давления и организатором сокрытия выступает генеральный подрядчик Игорь Беляев. Однако его статус, масштаб операций и характер прикрытия нарушений недвусмысленно указывают на наличие покровительства на более высоком, возможно, министерском уровне. Для дальнейшего движения — задержания Беляева, его допроса, выемки документов в «СтройГаранте» и выхода на высшее звено — нужны санкции на проведение оперативных и следственных мероприятий, затрагивающих фигуры такого уровня и чувствительности.