Книга Бетонное алиби [сборник], страница 161 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Да, конечно. IP-адрес тоже совпадает. Более того…

Сержант достал из папки, торчащей из-под мышки, еще несколько листов, на которых были обведены дата и время и отмечена схожесть стиля написанного под роликом Пожарского и Чопина.

— Смотрите, адресатов этих комментариев мы пробили, выяснили координаты устройства, с которого в тот момент была оставлена запись. Гляньте.

Десятов положил бумаги на стол и в несколько щелчков компьютерной мышью открыл программу, после чего на мониторе возникло отдаленное изображение планеты. Вбив добытые данные широты и долготы, удивился результату.

— Это же в Подмосковье! — в один голос воскликнули Десятов с Гуровым.

— Дима, ну-ка, а можно посмотреть точнее адрес?

— Конечно!

Масштаб карты начал увеличиваться, приближая оперов к возможной зацепке.

— Люберцы, улица Ларюшина, дом двадцать.

— Отлично.

Гуров продолжал глядеть на Десятова.

— Что? — в недоумении спросил Дима.

— Ну, дальше?..

— Что дальше-то, Лев Иванович?

Сопин прочистил горло и как бы ненароком вклинился в разговор:

— Я могу быть свободен, Дмитрий Романович?

— Да, спасибо. И парням тоже передай, я к вам еще зайду позже.

Сержант кивнул и удалился.

— Да как что? Дом двадцать, а квартира?

— Лев Иванович, при всем уважении, но вы бы еще ключи от этой квартиры попросили.

Встав, Десятов прошел к шкафу и, распахнув дверцы, достал с полки две пачки лапши быстрого приготовления.

— Будете?

Гуров отрицательно покачал головой.

— Какая квартира, мы не можем не выяснить?

— Ну, смотрите, — принялся объяснять Димка, раскрывая пакет и высыпая содержимое в миску. — В доме двадцать пять этажей, триста двенадцать квартир. Даже если допустить, что дом новый и может быть заселен не полностью, то в любом случае сорок процентов жильцов имеется. В наше время у каждого как минимум есть телефон, а как максимум в одной квартире имеется несколько устройств, которые цепляются к одной сети, а также редкость, но бывает и так, что вай-фай с соседями делят. Из всего этого следует вывод: отыскать среди огромного муравейника именно то устройство, откуда был, так назовем его, сигнал, очень и очень трудно.

Гуров помрачнел. Как только ниточка, которая привела бы его к призрачной надежде, почти оказалась в руках, тут же нашлись факты, позволяющие ей из них выскользнуть. Однако вся эта путаница начала ему порядком надоедать. В конце концов, нельзя было допустить, чтобы в ближайшее время в новостях появилась очередная новость о том, что кто-то скончался, опубликовав перед этим прощальные слова в прямом эфире. И каждое промедление полковника — риск, а на кону — человеческая жизнь.

— Дай-ка. — Полковник схватил принесенные сержантом бумаги и в один миг исчез из кабинета.

Десятов, опешив на мгновение, с удивлением смотрел на захлопнувшуюся дверь.

— Опять что-то придумал, — изрек Дима и принялся засекать время для заваривания лапши.

Зайдя в свой кабинет, Гуров сразу почувствовал гнилостный запах. Он поморщился и сначала хотел отыскать источник смрада, однако одернул себя, вспомнив, для чего именно спешил. А потому ограничился тем, что распахнул окно, впуская свежий воздух, перебивающий неприятный аромат, успевший заполнить пространство.

— Так, вбиваем: дом двадцать. Есть.

Не прошло и пяти минут, база данных выдала список всех людей, у кого в графе «Место регистрации» или «Место временного проживания» стоял нужный адрес. Листая страницу за страницей, опер искал заветную фамилию. Улыбка озарила его лицо, когда он добрался почти до конца.