Книга Темные углы, страница 67 – Меган Голдин

Агенту предлагали воспользоваться хорошо обставленной, но меньшей комнатой наверху. Там было бы комфортнее. Мартинес все же выбрал подвал, отчасти потому, что тот был просторнее, но в основном потому, что так оперативная группа могла работать отдельно от остального полицейского департамента. Мартинесу так больше нравилось. Так он уменьшал риск утечки информации в СМИ и не давал политикам из полицейского департамента шанса вмешаться в расследование.

За простор и уединение приходилось платить комфортом. Кондиционер дребезжал и скулил, пытаясь поддерживать комфортную температуру и влажность. Стены были увешаны выцветшими плакатами прошлых десятилетий, извещавших об открытом наборе в полицию. Бильярдный стол и доска для игры в дартс на стене, испещренная крошечными дырочками, свидетельствовали о том, как использовалась комната до того, как Мартинес занял ее для расследования дела Мэддисон Логан.

Мартинес взял себе кусок пиццы и направился к своему столу возле бильярдного стола. Пока ел, он набрал номер руководителя группы криминалистов, работавшего на месте преступления.

— Последние новости? – спросил он.

— Мы собираемся вытянуть тело. – Руководитель группы старательно перекрикивал рев генератора. – Через час или около того мы сфотографируем потерпевшую и снимем отпечатки пальцев. После этого отправим тело в морг и закроем здесь всё на ночь.

Мартинес почувствовал облегчение оттого, что операция по извлечению тела из лужи грязи наконец-то завершалась. Он надеялся, что скоро они узнают, совпадают ли отпечатки пальцев и группа крови жертвы с отпечатками и группой крови с пятен, найденных в фургоне Мэддисон.

Окончательные результаты анализа ДНК станут известны только через несколько дней. Обычно в таких случаях, чтобы подтвердить корректность идентификации, брали ДНК у родственников жертвы и сравнивали их с ДНК потерпевшего. В данном случае у них не было возможности связаться с родственниками Мэддисон, поскольку они не знали ее настоящей личности.

Чтобы убедиться в том, что тело, найденное в грязи, действительно принадлежало Мэддисон, им приходилось сравнивать ДНК жертвы с ДНК, найденной в фургоне. Уже одно это замедляло процесс, потому что криминалистам нужно было найти среди вещей пропавшей ДНК, которая с большой долей вероятности принадлежала бы именно Мэддисон. Им не удалось найти ДНК на ее зубной щетке. Очевидно, она тщательно вымыла ее после того, как почистила зубы в последний раз. Пришлось искать другие варианты.

Мартинес позвал всех к своему столу, как только они закончили с пиццей. Он взял в руки копию карандашного рисунка похожего на гота подростка, который тюремная охрана сфотографировала в дневнике Теренса Бейли во время обыска в его камере ранее в тот же день.

— Есть какие-нибудь новости о ее личности? – спросил Мартинес, коснувшись рисунка подростка-гота с короткими темными волосами и лентой-чокером с символом бесконечности на шее.

— Пока ничего, – ответил агент, которому было поручено сверить рисунок с фотографиями пропавших. – Карандашный набросок сложно пробить по базе данных пропавших людей.

Мартинес догадывался, что это может стать проблемой. Набросок скорее был интерпретацией художника, чем точным изображением девушки. Кроме того, поскольку набросок был сделан карандашом, они не знали ни цвета ее глаз и кожи, ни приблизительного веса и роста. Эта информация значительно сузила бы круг поиска по базе данных.