Книга Где моя башня, барон?! Том 5, страница 53 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Он что-то ещё бубнил на фоне, а я обратил внимание на стену леса, пролетающую с правой стороны. Точнее на странное сияние. Да ещё и Гоб занервничал.

Я отправил его на разведку, и он вернулся, сообщив, что его исполосовали когтями монстры. В ста метрах от дороги грузовик полный тварей.

— Тормози, Жига! — рявкнул я, и водила удивлённо посмотрел на меня, выпуская изо рта зубочистку.

— Зачем? — огляделся он, но скорость снизил.

— Потом объясню, давай шустрей, — холодно приказал я.

— Да без базара, — оскалился Жига. — Только покажь, куда поворачиваем.

Через минуту мы свернули на еле заметную дорогу, поросшую густой травой. Заехали в лес и водила остановился. Далее была такая ямина, что только грузовик и проедет. Я заметил свежий след, отпечатавшийся в грязи.

Вот и попался тот самый приручитель. Времени не было на паузы, мало ли что сейчас происходит. Поэтому я выскочил из автомобиля и стремглав бросился в сторону голубого сияния.

Надо всё сделать быстро и чётко, как обычно.

— Гоб, Пожиратель! — приказал я, выставив руку, и теневая завеса расползлась впереди. Из неё выскочил меч, и я ухватил прохладную рукоять, одновременно накидывая руну «родэ».

* * *

Где-то в лесу, в сорока семи километрах от Петропавловского озера, десятью минутами ранее

Создатель нервно поправил воротник, который держался на нескольких нитках. Крутанул руль и остановился. Затем рванул воротник, отрывая его и швыряя под ноги.

Он нервничал. Как обычно нервничает перед тем, как сгрузить тварей. Обычно это поляна, озарённая странным светом, который спускался откуда-то с неба. И твари исчезали в ней, едва он покидал это странное место.

А ещё он помнил её. Свою Изабеллу. Как только он соберёт тысячу тварей, башня обещала вернуть ему любимую.

Память о ней обрывочна. Он помнил лишь улыбку, тело, прикосновения. И наслаждение, когда он входил в неё. Её пахнущую ромашками кожу, прерывистое дыхание, сладкий шёпот и мольба продолжать.

В такие моменты как сейчас он чувствовал тоску по ней, злость, что не может вернуть её прямо сейчас. Гнев, который возникал где-то внутри, поднимался и старался вырваться наружу. И этот гнев относился к башне, которая отобрала самое дорогое, что у него когда-то было.

— Уагрр-р-р! — затрясся кузов. Твари вновь принялись грызться друг с другом.

— Заткнулись, ублюдки! Закройте свои поганые пасти, с-суки! — смачно выпалил он, выскакивая из кабины.

Он на месте. А впереди — сияющая поляна.

«Выводи тварей, Создатель» — раздался в голове зловещий шёпот, сотканный из нескольких голосов. — «Быстрее».

К чему такая спешка, башня не пояснила. Обычно он всё делал не спеша. Но раз надо — значит надо. Он не спорил.

Перебарывая головную боль от шума, который обычно появлялся рядом с этим сиянием, Создатель откинул борт. Твари, похрюкивая и рыча, принялись неохотно спрыгивать на землю.

— Быстрее, выродки! — прикрикнул он на них.

Одна из чешуйчатых гадин застыла в кузове, и он сильно пнул в её бочину сапогом. Тварь вяло огрызнулась, показывая зубастую пасть, но подчинилась. Спрыгнула и пошла в сторону поляны.

Внезапно в груди возникло жгучее желание увидеть Изабеллу. Он хочет убедиться, что с ней всё в порядке. Иначе зачем это всё? Только ради неё он делал эту дичь. Только ради своей крошки, несмотря ни на что, возился со скверной.