Книга Где моя башня, барон?! Том 5, страница 35 – Антон Панарин, Сергей Харченко

— А вон тот всех сделает, точно тебе говорю, — показал в стекло Шиша, закидывая в рот одну из тарталеток с икрой.

— Александр, кажется, что мы о чём-то договаривались, — напомнил я, присаживаясь рядом с Никитичем.

— Володь, ну дай посмотреть первый бой, — умоляюще взглянул на меня Шиша. — Чо ты как надзиратель, блин?

— Охрана работает? Всё хорошо? — спросил я.

— Да вот же, — он снял с пояса рацию, показывая её мне. — Всё под контролем.

— Ладно, если Никитич не против, — улыбнулся я и обратился к Гвоздеву: — Ну как настроение?

— Пока никак, я ещё ни одного боя не видел, — ухмыльнулся Гвоздев, протянув мне руку. Мы обменялись рукопожатиями.

На арене распинался приглашённый ведущий. Вокруг уже собралась толпа желающих лицезреть поединки. Турнирный вечер открывали два бойца примерно одной физической формы. На втором раунде закончилось всё ударом в челюсть и броском с выходом на удушающий.

— Хм… неплохо, — прокомментировал Гвоздев.

Приглашённые звёзды — певцы, танцевальные коллективы и юмористы — развлекали оставшихся за столиками в другой зоне. Выкинул я на это великолепие более ста тысяч. Но видно было, что не зря. Гостям нравилось, многие даже аплодировали.

Посмотрим, сколько прибыли принесёт ночной клуб в первый день. Надеюсь, что достаточно. А пока оставалось лишь наблюдать за мероприятиями.

Одни артисты заменяли других на сцене, одни пары бойцов сменяли других на арене. И охрана всё очень хорошо контролировала. Сверху прекрасно была видна их слаженная и грамотная работа. То перебравшего аристократа, который зацепился с соседом, культурно вывели из заведения. То другому объяснили, что грязно выражаться в ночном клубе запрещено. Ну и прочее и прочее.

К слову почти все аристократы вели себя достойно. И это меня очень обрадовало. Шишаков лишь раз выходил из ложа, реагируя на слишком буйного княжича, который зацепился за стойкой с пожилым графом. В итоге они выпили мировую, а затем ещё одну, и ещё. Их забрали слуги семей, и стало спокойней.

По окончании вечера, в четыре утра, Гвоздев признался, что всё очень даже неплохо организовано в плане боёв.

— Да и вообще, — окинул он рукой пространство зала, который покидали засидевшиеся посетители. — Для дворян самое оно. Я завтра приду на второй отборочный.

— А как первый, Никитич? — довольно оскалился Шишаков. — Я же говорил, что мой здоровяк красиво выступит!

— Ну вот что ты скалишься, Александр? Больше шкаф — громче падает. Тебе ли этого не знать, — прищурился Гвоздев. — Посмотрим как он выступит в следующем бою.

— Нормально выступит, я топлю за него, — довольно сказал Шиша. — Моя ставка сыграла, кстати.

— Смотри не потопись… Топит он, — проворчал Гвоздев, направляясь на выход. — Проиграешься — не жалуйся потом.

Шишаков запыхтел, хотел ответить. Но мимо прошёл прилично выпивший седой мужичок. Точнее, его провёл слуга, поддерживающий своего хозяина под мышки.

— Это ж надо! И что ты налетел на этот виски? — возмущалась супруга в блестящем платье и закрученной причёске. — Гена, ты меня разочаровал сегодня…

— М-м-мало, — выдавил лишь седой мужичок, не открывая глаз.

— Всё будет хорошо, Геннадий Иванович, там машинка ждёт, — бормотал слуга, продолжая тащить щуплого аристократа.

Супруга лишь бросила в нашу сторону сердитый взгляд, будто мы споили её мужа. И процессия удалилась в коридор.