Книга Где моя башня, барон?! Том 4, страница 41 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Запустив руну «родэ» и ускорившись, я запустил её ещё раз, а потом ещё. Рывок вперёд! И теперь я отчётливо понял, что могу успеть. Обрубая по пути несколько отростков, которые растягивали Буяна, я с лёгкостью увернулся от ещё нескольких, пытающихся меня остановить. А затем добрался до этого грёбаного осьминога. Опустил меч. Ровно в тот момент, когда эта тварь открывала мне навстречу зубастую пасть.

Не знаю, что осьминог хотел сделать — плеснуть на меня своей чудо бодрящей слизи, либо просто откусить мне голову. Но я действительно оказался быстрее!

Меч ударил в осьминожье тело, разрубая его пополам. Я тут же отключил руны, попытался остановиться. И всё-таки врезался в стену. Пусть и не смертельно, да и рёбра не сломал вроде, но воздух со свистом вылетел из лёгких, а в глазах заплясали цветные искры.

Поднявшись на ноги, я выдохнул. Чувствуя, как сердце чуть ли не выпрыгивает из груди, а перед глазами темнеет, я сразу впитал зелёную жемчужину.

Через несколько секунд я пришёл в себя. Михею уже было не помочь. Мутация исчезла, но остановившиеся зрачки красноречиво говорили об одном — старик мёртв. Ну а от Дробы остался лишь молот да одежда. Осьминог его переварил полностью.

Буян же в это время приподнялся на локте.

— Что-то скверно чувствую себя, — выплюнул он кровяной сгусток. — Будто эта дрянь попала в меня.

Дрожащей рукой он достал из кармана мутный пузырёк, откупорил его и выпил.

— Такое снадобье потратил, — вздохнул он и нервно рассмеялся. — Но жизнь бесценна! Да, пацан⁈ Ха-ха! Ты ведь мне жизнь спас!

Он попытался встать, и зашипел, схватившись за щиколотку.

— Эти твари мне ногу сломали, — процедил он. — Но ща пройдёт.

Я хмыкнул, слыша, как похрустывает его нога, и на глазах приобретает правильную форму.

— Мне кажется, или срастается? — спросил я у пыхтящего от боли наёмника.

— Ещё бы не срослась, едрить её в печёнку, — заскрипел зубами Буян. — За это зелье регенерации я полсотни косарей отвалил. Куда денется. Вот только как срастётся — это уже другой вопрос… Ну, глянь что там в этой твари? Узнать бы, за что погиб весь мой отряд.

Буян покосился в сторону сундучка, который выглядывал из раскроенного осьминога. А я подошёл и опустился на корточки, доставая из монстра малахитовый короб. Затем открыл его.

Карта, фиолетовая жемчужина. И… а вот это что-то новенькое. Заострённый наконечник копья, точнее его часть, примерно треть от общей длины.

Фрагмент артефакта был матовым, но внутри, в его глубине, сияли ярко-голубые искры. Это чудо я точно возьму себе. И, кажется, я знаю, кто может рассказать о нём.

В потайной карман фрагмент поместился просто идеально, будто тот и был предназначен для такой штуковины. А фиолетовая жемчужина отправилась к зелёным, в карман на поясе.

— Ну, ты что там застрял, парень⁈ — окликнул меня Буян, пытающийся встать. — Есть что ценное?

— Всего лишь карта, — ответил я. — Сейчас посмотрим.

Я коснулся большой переливающейся карты с изображением башни. И та сразу же воспарила в воздух. Повернулась рубашкой от меня.

И я прочёл вслух:

— Подводное дыхание. Вы можете находиться под водой сколько угодно времени.

— О, а это дельная способность, — оценил Буян. — Вот почему всё самое ценное достаётся этим, мать его, князькам? Хоть бы один нашёлся богатей, чтобы сказал — забирайте! Мне не жалко!