Книга Где моя башня, барон?! Том 4, страница 10 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Мы расположились в них, напротив друг друга. Нас разделял лишь небольшой стеклянный столик.

— Итак, прежде чем я вам покажу своё детище, мне нужно удостовериться, что вы не солгали, — взял слово Танин, нервно приглаживая второй подбородок. — Покажите деньги.

— Разумеется, — улыбнулся я. — Но прежде мне нужно отлучиться. Могу ли я посетить ваш туалет?

— О, разумеется, — улыбнулся Танин. — Я вас провожу. Сумку можете оставить здесь.

— При всём уважении к вам, не могу, — улыбнулся я краем губ и холодно посмотрел на толстяка. Он слегка поёжился.

— Как хотите, — развёл он руками.

Туалет располагался в этом же коридоре, но ещё ближе ко входу в большой зал. Я даже успел рассмотреть два уровня со столиками, танцполом-сценой и барной стойкой.

Оказавшись в туалете я попросил Гоба выгрузить деньги, но лишь определённую сумму. Восемьсот тысяч будет достаточно. Это тот максимум, который я могу потратить в данный момент.

Когда я вернулся в кабинет, мы продолжили деловую беседу.

Я показал деньги, Танин успокоился, раздобрел, и провёл мне небольшую экскурсию по «Белому журавлю».

Теперь я понял, почему влиятельные аристократы слетаются сюда как мухи на мёд. Вся мебель резная ручной работы и из красной древесины. Стойка добротная дубовая, манящая лакированным глянцем.

Напитки совсем недешёвые. Блюда в меню будто для монарших особ. Цены просто заоблачные. Склад набит различными деликатесами, начиная от омаров и икры и заканчивая заряженными магией специями. Ну а кухня оборудована по последнему слову техники, причём есть и артефактное оборудование, для быстрого приготовления блюд.

В большом зале высокие потолки, хрустальные люстры, четыре колонны, подпирающие зеркальный потолок. Неподалёку я заметил двух музыкантов. Оказывается, как мне объяснил Танин, они репетируют выступление на вечер.

Мы вернулись в кабинет, и Танин прочёл в моём взгляде то, что и хотел — я жаждал купить его клуб.

— Ну а теперь давайте поговорим о цене, — открыл он большой портсигар, в котором лежали сигары. — Предпочитаете?

— Не курю, — отказался я.

— Ну а я с вашего позволения… — Танин клацнул гильотинкой, отрезая кончик от сигары, сунул её в рот и щёлкнул зажигалкой. А затем сделал несколько мощных тяг, раскуривая табак.

В воздух выплеснулось несколько клубов сизого дыма, заставляя меня кашлянуть.

— Я продам свой клуб за миллион рублей, — выдохнул Танин. — Место прибыльное, вы же понимаете.

— Предлагаю обсудить реальную стоимость этого заведения, — улыбнулся я. — Я видел поцарапанную стойку, пара стеклянных витрин ещё не вставлены, на одной люстре не хватает хрустальных плафонов. И это ещё не всё, что я перечислил.

Каждое моё слово было как ножом по сердцу Танина. Он сморщился, улыбку поменял на угрюмое выражение лица, а взгляд стал печальным. Он понял, что будем торговаться.

— Ладно, девятьсот, и на этом закроем тему, — буквально выдавил он.

— Я бы сказал — семьсот пятьдесят, — улыбнулся я.

— Ну надо же! — Танин вскочил с места и, не выпуская изо рта сигару, потянулся к бутылке виски. Он плеснул себе в стакан янтарного напитка, шумно выпил, а затем вернулся за столик. — Восемьсот пятьдесят. Это крайнее решение. Больше не уступлю, — он чуть наклонился всей своей массой в мою сторону и чуть ли не прошептал, — Вы просто поймите меня… Чисто по-человечески. Я уезжаю по срочным делам в Китай. Через три дня. Не знаю, сколько там пробуду. Мне нужна определённая сумма.