Книга Восхождение Плотника. Том 1, страница 80 – Антон Панарин

Гвозди ожидаемо не захотели входить в дуб и гнулись как чёрти знает что. Пришлось изгаляться. Я взял доски привезённые Борзятой и из них соорудил квадратный каркас, в который поместил вёдра, а после всё это заколотил так, чтобы доски давили на верх ведра прижимая его к нижнему и не давая сдвинуться с места.

Потом добавил пару распорок для верности и получил уродскую, тяжелую конструкцию, зато прочную. Быстро сбегал на речку за глиной, сделал замазку. Густую, жирную глину замешал с мелко нарубленной берёзовой корой. Кору добавил для армирования. Фибробетон по-деревенски, если угодно.

Обмазал стыки толстым слоем, разгладил мокрыми пальцами. После обмазал ёмкость глиной изнутри. Можно было использовать воск, для идеального гидрофобного барьера. Но воска у меня не было. Вернее, были два огарка свечей. Жалких и оплывших. На тридцати литровую ёмкость этого явно не хватит.

Сосновую живицу можно было бы натопить из сосновых поленьев, а после процедить через тряпку. Но сколько мне потребуется поленьев для того чтобы набрать живицы для обмазки бочки? В итоге остановился на глине и не пожалел.

Крышку строгать и вовсе не пришлось. Я заранее выбил дно у одного из вёдер, это дно и стало крышкой. Только обстругал его немного. Крышка вышла толщиной в два пальца, с бортиком по периметру. Бортик входил в горловину бочонка на палец. Плотная посадка, почти без зазора. Снизу обмазал крышку глиной.

Получившийся бочонок я осмотрел критическим взглядом. Халтура, и ещё какая! Но для первого раза сойдёт. Осталось подумать о безопасности… Наружный слой ещё не высохшей глины я обсыпал оставшейся известью. Если слизняк попытается сбежать, ему неминуемо придёт карачун.

Осталось выкопать яму и доставить бочку на место. Выглянув в окно я понял что уже вечереет. А значит придётся отложить это увлекательное занятие на завтра.

Я порядком вымотался, хотелось пойти отдохнуть, и поесть. Но вместо этого я отправился к купцу. Мой карман оттягивали два ядра от слизней. Размером с грецкий орех, кристаллической структуры. Почему-то тёплые на ощупь.

Борзяту я нашёл по звуку. Купец гремел засовами на амбаре. Его борода торчала в стороны как малярная кисть. Кисть, которой красили забор против шерсти. Щёки покраснели, на лбу выступила испарина. Видать недавно приехал из города и разгружал заработанное непосильным трудом. Моим трудом разумеется.

Завидев меня, Борзята улыбнулся и выпалил:

— О! Ярик! — Всплеснув руками он подошел ко мне вплотную и стал шептать. — Был в городе значит. Твой стол весьма высоко оценили. У нас пять заказов. Сделать надо за месяц. Управишься?

— Должен. — Кивнул я и протянул ему два ядра. — У меня тут на продажу кое-что завалялось. Возьмёшь?

Борзята уставился на ядро, потом перевёл взгляд на меня. Потом снова на ядро.

— Ты где это взял? — выдохнул он.

— У слизня, — ответил я невозмутимо. — Брать будешь или нет?

Борзята потянулся к ядру толстыми пальцами. Осторожно приподнял, покрутил перед глазами.

— Ядрёна мать, — пробормотал он себе под нос. — Настоящие, мать их, студенистые ядра. Ещё и целые. Эт как так вообще?

— Двух слизней хлопнул и забрал ядра.

— Ты? Слизней? — недоверчиво нахмурился Борзята. — На слизней в одиночку только идиот пойдёт. Верная смерть же!

— Как говорится «удача любит дураков». — Усмехнулся я.