Книга Восхождение Плотника. Том 1, страница 102 – Антон Панарин

На стройке я бы рассмеялся. Выполнить такой объём работ за полтора дня это бред. Даже с бригадой из пяти человек.

Но я не на стройке. Я в лесу, перед избой ведьмы, с проклятием на руке. И неумолимо таймер тикает приближая меня к финалу.

Вспомнился случай из девяносто пятого года. Мы сдавали объект к приезду комиссии. До сдачи оставались сутки. Лестничные марши не смонтированы, отделка не закончена. Прораб Семёныч выстроил бригаду и сказал тогда: «Мужики, если завтра к десяти утра не будет готово, нас всех уволят без выходного пособия. А если успеете, с меня премия каждому по триста долларов».

Мы всё сделали за ночь. Не спали, пили кофе вёдрами. Материли друг друга и начальство. Но к десяти утра лестница стояла, стены были покрашены, и комиссия ушла довольная. Триста долларов за бессонную ночь, отличная мотивация в то время. Сейчас же ставка куда выше.

— Ладно, — сказал я задумчиво посмотрев на ведьму. — Постараюсь уложиться в срок.

Ведьма кивнула и скрылась в избе, оставив дверь открытой.

Я стоял перед покосившимся крыльцом. Мокрый, грязный, задыхающийся. С лицом искусанным светлячками. С полутора днями жизни в запасе. И списком работ, которые не выполнить и за неделю.

— Оказывается вторые шансы выдаются по весьма завышенным ценам. — вздохнув я поднялся на крыльцо, ступая так осторожно, будто боялся наступить на мину.

Вторая ступенька хрустнула под ногой. Третья провалилась на пару сантиметров. Доски оказались гнилыми, а балки просели. Менять надо всё подчистую. Но сперва осмотрю избу изнутри, чтобы понять масштаб бедствия.

Я перешагнул порог и оказался в полумраке. Запах трав ударил в нос. Пучки сушёных растений висели под потолком. На стенах, на верёвках, на гвоздях. Десятки, сотни пучков. Лаванда, полынь, чабрец. И что-то незнакомое, с горьким пряным ароматом.

Ведьма сидела за кривым столом и помешивала что-то в глиняной миске. На меня она даже не взглянула.

Я медленно обошёл горницу, осматривая каждую деталь. Всё проверил, всё ощупал. Итоги оказались следующими: балки потолка выполнены из лиственницы. Это я определил по цвету и текстуре. Лиственница не гниёт. Ей хоть сто лет, хоть двести. Потолок был в порядке. Одной проблемой меньше.

А вот стены… Два нижних венца на восточной стороне подгнили. Мох между ними истлел. Из щелей жутко сквозило. Нужно конопатить. Или менять венцы, что в моём случае невозможно.

Пол был деревянный, не земляной. Доски подгнили и скрипели при каждом шаге. Лаги под ними и вовсе сгнили до основания. Нужна замена.

Стол стоял на трёх ногах и чурбаке. Четвёртая нога обломилась на половине. Столешница из берёзы, рассохлась и пошла трещинами. Лавка с трещиной через всё сиденье. Полка на стене перекошена.

Оба окна без ставней. Рамы перекошены, щели с палец. В одном окне отсутствовало стекло. Вернее, бычий пузырь, или что тут вместо стёкол. Дыра заткнута тряпкой.

— Ну и хоромы у вас, — не удержался я.

Ведьма даже не подняла голову от своей миски.

— Работай, — бросила она равнодушно.

За сорок пять лет на стройке я слышал много категоричных людей. Начальники, заказчики, инспекторы. Но эта женщина могла дать фору им всем. В её голосе была та спокойная уверенность, которая появляется когда человек точно знает что все козыри у него.