Онлайн книга «Закон треснувшего корешка»
|
Все это, конечно, очень интересно и познавательно, но рассчитывать, что я что-то усвою, слишком наивно с его стороны. Я слушаю. Стараюсь изо всех сил, но слова Марка долетают до сознания через раз. Невозможно сосредоточиться. Я так истосковалась по городу, что просто верчу головой, жадно проглатывая каждую деталь, каждую вывеску. Вот кованые лавочки напротив пекарни. Магазин, в котором мы были с Лорой перед вечеринкой, сейчас сверкает чистотой витрин, и манекены за стеклом безлико наблюдают за прохожими. На первом этаже старого, но отреставрированного дома с новеньким ярким фасадом разместилось кафе, и для посетителей уже открылась летняя терраса. На все это великолепие молчаливо взирает кремовое здание медицинской клиники, стоящее напротив. Возле него почти никого нет. Только уставший медбрат курит у каменного крыльца, подставив солнцу бледное лицо. Все в этой картине кажется настолько обыденным и умиротворяющим, что, когда на улице мелькает знакомая фигура в кожаной куртке, я даже не сразу реагирую. Медленно моргнув, я склоняю голову набок и безучастно наблюдаю, как Эрик отделяется от толпы прохожих и останавливается неподалеку от медбрата. В руках у него пышный букет фиолетовых ирисов, и я бездумно смотрю, как ветерок нежно оглаживает маленькие бутоны, пока в груди скручивается плотный клубок обиды. — Ты вообще слушаешь? – Марк оборачивается, заметив, что я отстала. Легко проследив за моим взглядом, он присвистывает и, кивнув в сторону клиники, предлагает: — Ого, какая встреча. Хочешь, подойдем поздороваться? Я сдавленно выдыхаю. Да он издевается, что ли? Быстро дернув подбородком, я торопливо шагаю на другую сторону улицы, неловко потянув за собой Марка. Остается надеяться, что толпа прохожих послужит отличной маскировкой. Взгляд утыкается в серый асфальт. Я опускаю плечи. Вовсе меня и не задевает эта картина. Я ничего не чувствую. Вчерашняя история ничего не значит. Это нелепая случайность. Но даже если так, какой же он кретин! Зачем говорить всю эту ерунду и забивать мне голову дурацкими мыслями? Мог бы просто сказать, что у него кто-то есть. Спокойно выдохнуть получается, только когда угол здания отрезает нас от поля зрения Эрика. Я замираю, разжимая кулаки, и, бросив на Марка нарочито безразличный взгляд, спрашиваю: — Не знаешь, кого Эрик может навещать? Да, именно так. Он наверняка зайдет в клинику. Мало ли, кто там может лежать. От болезни никто не застрахован. Жалкая попытка принять безразличный вид и убедить хотя бы себя, что мне все равно, вызывает у Марка усмешку. Пожав плечами, он разводит руками и, задумчиво сощурившись, заявляет: — Судя по букетику, кого-то достаточно близкого. Под ребрами скребется что-то неприятное, и я позволяю разочарованному выдоху сорваться с губ. Чего я вообще ожидала? Теперь у меня есть все ответы. Не нужно думать, чем я не угодила самовлюбленному идеальному зазнайке. Марк вздыхает, устав наблюдать за моим угрюмым молчанием, и протягивает: — Прости, птичка. Я не подумал, что тебя это может задеть. Еще чего. Будто у меня других забот нет. Да какое мне вообще дело до того, чем занимается Эрик? Понимающий взгляд и снисходительно поджатые губы Марка заставляют меня вскинуться и возмущенно затараторить: — Вот еще. Ничего подобного. Мне просто любопытно. Не надо делать всякие дурацкие выводы, и… |