Книга Сломанный мир, страница 100 – Анна Мори

— Интересная мысль, – вежливо, но без интереса отозвался Ван Фусин.

— Черепаха, по совести сказать, у вас похожа на красотку с грошовой эротической картинки, – продолжал Ху-сяньшен, явно наслаждаясь ролью критика. – Нарисуйте ей лицо старухи, господин художник, ей это больше подойдет, честное слово: она смертельно устала от этого мира.

— Извините, но о Черепахе мне не хотелось бы думать плохо, – возразил Фусин, – я ведь сам родился в Юйгуе.

— Неужели? Что же заставило вас перебраться в Чхонджу? Ваша кисть оказалась недостаточно хороша для Страны Черепахи? Ни за что бы не подумал, – самым невинным голосом сказал Ху-сяньшен.

Ван Фусин не нашелся, что ответить. Гэрэл подумал, что даос ударил по больному. В Юйгуе или в Рюкоку про работы Ван Фусина в лучшем случае деликатно сказали бы, что они «уступают многим».

Гэрэл не хотел ввязываться в разговор с Господином Лисом, но сказал:

— Перестаньте, эти боги и так не внушают приязни, а вы хотите сделать их еще отвратительнее.

Он тут же пожалел о том, что сказал, потому что Ван Фусина его слова не подбодрили, а еще больше обидели, зато даос оживился.

— Боги не для того, чтобы их любили, – возразил он Гэрэлу. – Боги – просто есть. А вы, господин генерал, верите в богов?

— Нет, – коротко ответил Гэрэл.

— Это было бы глупо, да, генерал? – усмехнулся даос. – Только дети или выжившие из ума старики могут верить, что какие-то там небесные звери выбирают себе любимцев и вселяются в них или наделяют их особой силой…

— Именно.

— А вы не думали, – вкрадчиво сказал даос, – что все немного сложнее: может быть, ни в кого вселяться им не нужно – они просто незаметно вмешиваются в жизни людей, выстраивая события нужным образом, пока из их избранников не получается именно то, что они хотели? Именно им мы обязаны всеми бедами, расставаниями, потерями, смертями – всем тем, что ломает, придавая нам форму, пока из котенка не вырастет тигр…

Они ведь уже говорили об этом с Юкинари, вспомнил Гэрэл.

– Я верю, что все неслучайно.

– Если это так, я нахожу это отвратительным.

Он ответил почти то же, что и в тот раз Юкинари:

— Значит, эти ваши боги – просто больные ублюдки, которые играют людьми как пешками.

— Да, есть немного. Но ведь если бы не их вмешательство… – даос доверительно наклонился к Гэрэлу и повторил почти то же, что сказал ему в такой же беседе Юкинари, только с каким-то другим смыслом, словно делясь секретом, – мы ведь не были бы самими собой, каждый из нас был бы обычным, скучным человеком.

На секунду сквозь шедший от алхимика густой перегар пробился знакомый Гэрэлу горько-пряный запах – запахяогуай. Он, сам того не желая, потянул носом, принюхиваясь.

Даос заметил это крошечное движение и, что еще удивительнее, правильно его истолковал.

И издевательски осклабился.

— Ах да, я забыл – вы ведь и естьобычный человек. Открою вам секрет: неплохо быть не таким, как все. Если ты по-настоящему особенный. А вот когда ты всю жизнь чувствуешь себя чужаком в этом мире, но ничего этакого не умеешь – человек как человек, только все от тебя шарахаются, – вот это, наверное, ужасно неприятно. Да, генерал?

Ху-сяньшен так же легко читал чужие мысли, как Юкинари. «Может, он и правда мысли читает, – подумал Гэрэл, –яогуай все-таки». Но в отличие от бывшего рюкокусского императора, даос предпочитал использовать этот талант во зло, а не во благо.