Книга Босс. Любить обещай, страница 8 – Катя Куница

Аня увидела его мельком, сквозь щели между поленьями.

Высокий, широкоплечий мужчина в дорогой, но измазанной грязью и хвоей камуфляжной охотничьей экипировке.

На плече рюкзак, за спиной чехол от ружья.

Лица не было видно, только силуэт на фоне серого неба. Он остановился, осматриваясь.

Его взгляд скользнул по избушке, по навесу, и, казалось, на секунду задержался на ее укрытии.

Он подошел к двери, потрогал замок, потом постучал.

— Эй! Есть кто?

Голос был властным, привыкшим командовать. Но в нем слышалась и усталость, и раздражение.

Аня не дышала.

Не двигайся. Он уйдет. Он должен уйти.

Но он не ушел.

Он обошел дом, и его шаги приблизились к навесу. Он увидел выдолбленное бревно, разбросанные щепки, ее примитивный «лагерь»: бутылку с водой, кучку ягод.

— Что за черт?! — пробормотал он.

И тогда его взгляд упал прямо на нее.

На ее глаза, блестящие в темноте, как у загнанного зверя.

Он вздрогнул от неожиданности и сделал шаг назад, поднимая руки в мирном жесте.

— Эй, привет? Ты кто?

Он видел ее.

Теперь пути назад не было.

Инстинкт выживания, переплетенный с параноидальным страхом, сжал ее в комок. Все, что она пережила за эти дни: предательство, голод, холод, унижение, вылилось в один яростный, неконтролируемый порыв.

Она выскочила из-за поленницы как фурия.

С тихим, хриплым воплем, больше похожим на рычание, замахнулась топором.

Топор со свистом рассек воздух.

Но он не встретил плоти.

МАКСИМ

Он, высокий, тренированный, с реакцией, отточенной не в кабинетах, а в сложных переговорах и экстремальных ситуациях, отпрыгнул назад с поразительной для его комплекции скоростью. Сталь топора вонзилась в сырое полено позади него с глухим стуком.

— Черт! — вырвалось у него, но не со страхом, а с холодной яростью профессионала, которого атаковали. Его инстинкт: ответить силой, обезвредить угрозу.

Но в следующее мгновение он увидел ее, дикую женщину с топором.

Он увидел ее глаза, полные такого животного, запредельного ужаса, что в них не осталось ничего человеческого.

Он увидел трясущиеся руки, вцепившиеся в топорище.

Увидел лицо, покрытое грязью и следами слез, впалые щеки, синяки под глазами.

И он увидел заколоченный дом.

Мгновенно, как при смене кадра, ярость в его глазах сменилась ледяной ясностью. Это не нападение, это отчаянный акт самозащиты загнанного в угол существа.

Все это промелькнуло в его голове за долю секунды.

Аня, не попав, потеряла равновесие и свалилась на колени, выронив топор. Она снова попыталась схватить его, но ее пальцы уже не слушались.

Максим не стал ждать второй попытки.

Он сделал два быстрых шага вперед. Его ботинок наступил на обух топора, придавив его к земле. Прежде чем она успела вскрикнуть, его сильные руки схватили ее за запястья.

Аня забилась, зашипела, пытаясь вырваться, но ее силы были на исходе. Он легко удерживал ее, не причиняя боли.

— Тихо. Тихо, я не причиню тебе вреда. Смотри на меня. Ну же?

Он заставил ее поднять голову.

Его глаза, серые и холодные, как сталь, смотрели прямо в ее помутневшие от страха.

— Меня зовут Максим, — сказал он четко, медленно, словно разговаривая с ребенком или с диким зверем. — Я заблудился. Понимаешь? Вроде не первый раз на охоте, но сегодня вот так. Я не причиню тебе вреда! Ты как здесь оказалась? Заблудилась, м?