Книга Системный целитель 4, страница 94 – Алексей Ковтунов

— Не благодари, — продолжил я тем же доброжелательным тоном. — Кстати, как самочувствие? Голова не болит? Тошнота, головокружение, двоение в глазах? Всё-таки два удара молотом за сутки это немало даже для первосортного, хотя технически ты теперь уже не первосортный, а вообще никакой.

— Ты… — наконец выдавил из себя Себастьян. — Ты за это ответишь…

— Уже отвечаю, как видишь. Вот сижу тут, разговариваю с тобой, отвечаю на все твои вопросы. Кстати, у тебя есть вопросы? А то ты как-то молчалив сегодня.

Инквизитор попытался встать, но ноги его не слушались, и он снова рухнул на землю. Организм явно ещё не оправился от последствий отключения от системы, плюс контузия от взрыва пирамиды, плюс два удара молотом по голове. Многовато для одного человека за такой короткий промежуток времени, даже если этот человек бывший первосортный с усиленными характеристиками.

— Сиди пока, не дёргайся, — посоветовал я почти сочувственно. — Вестибулярный аппарат ещё не восстановился после всех твоих приключений. Дай ему еще минут десять, потом сможешь нормально ходить.

— Я тебя уничтожу, — прошипел Себастьян, буравя меня взглядом. — Клянусь светом, я найду способ вернуть себе благословение Великой, и тогда…

— Тогда что? — я присел на корточки рядом с ним, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Тогда ты снова придёшь ко мне с очередным артефактом и снова получишь молотом по голове? Себастьян, я понимаю, что это для тебя шок, но пора уже принять реальность. Ты больше не инквизитор, не первосортный. Ты даже не третьесортный, ты вообще бессистемный. Знаешь, что это значит?

Он молчал, только желваки ходили на скулах да ноздри раздувались от сдерживаемой ярости.

— Это значит, что Светлая тебя больше не слышит. Вообще не слышит, понимаешь? Можешь обращаться к ней хоть до посинения, можешь взывать к ней день и ночь, она тебя проигнорирует. Для неё ты теперь такой же никто, как любой бомж из подворотни.

— Врёшь! — взвизгнул Себастьян, и в голосе его прорезались истерические нотки. — Великая не бросит верного слугу! Она видит мою преданность, она знает моё сердце! Это ты, ты каким-то образом заблокировал связь, но это временно, это…

— Проверь сам, — я пожал плечами. — Попробуй вызвать интерфейс. Или использовать любой навык. Или хотя бы просто ощутить её присутствие в своей голове. Давай, попробуй.

Я видел, как напряглось его лицо, как закрылись глаза, как губы беззвучно зашевелились, произнося какую-то формулу призыва. Несколько секунд, потом минута, потом ещё одна. Ничего не происходило, и по мере того как осознание этого факта проникало в его сознание, выражение лица инквизитора менялось от упрямой решимости к недоумению, от недоумения к панике, от паники к отчаянию.

— Нет… — прошептал он наконец, и голос его сломался. — Нет, это невозможно…

— Ещё как возможно. Добро пожаловать в реальный мир, Себастьян. Здесь никто не смотрит тебе через плечо, никто не даёт заданий, никто не награждает за убийства и не наказывает за милосердие. Здесь ты сам по себе, и все твои поступки, это теперь только твои поступки, а не воля какой-то системы.

Бывший инквизитор смотрел на меня, и в глазах его стояли слёзы. Настоящие слёзы, от которых он даже не пытался скрыться. Столько лет служения рухнули в один момент, и теперь он оказался лицом к лицу с пустотой, которая осталась на месте его веры.