Книга Системный целитель 4, страница 76 – Алексей Ковтунов

И он до сих пор помнил это ощущение абсолютной правильности, когда холодный голос провозгласил его полноправным служителем Света. Другие новички дрожали от страха, не понимая, что происходит, а Себастьян улыбался и благодарил Великую за то, что она снизошла до такого ничтожества, как он.

С тех пор прошло больше тридцати лет, и каждый день этой долгой жизни был посвящён служению. Сначала младшим братом в ордене очищения, а теперь полноправным инквизитором с правом вершить суд от имени Великой Светлой Системы. Путь был долгим и тернистым, но Себастьян ни разу не пожалел о выбранной дороге.

Система справедлива. Это первое, что он усвоил в самом начале служения, и за прошедшие годы убеждал себя в этом снова и снова. Она возвышает достойных и низвергает недостойных, она даёт силу тем, кто верен, и отнимает её у предателей. Разве можно придумать более совершенный порядок? Разве можно желать чего-то лучшего, чем жить под её мудрым и всевидящим оком?

Себастьян искренне не понимал тех, кто роптал на Систему. Третьесортные жаловались на несправедливость распределения благ, не осознавая простой истины: если ты оказался внизу, значит заслужил это. Система не ошибается, она видит каждого насквозь и воздаёт строго по заслугам. Хочешь подняться выше? Работай усерднее, служи преданнее, люби Великую всем сердцем, и она обязательно заметит твои старания.

Сам Себастьян начинал со второго сорта, что уже было знаком благоволения. Но он не остановился на достигнутом и продолжал служить с удвоенным рвением, пока однажды не получил долгожданное известие о повышении. Первый сорт! Высшая награда, доступная смертному, признание его преданности и усердия. В тот день он плакал от счастья и благодарил Светлую за её бесконечную милость.

Теперь, спустя годы, он нёс её свет в самые тёмные уголки империи, выжигая скверну и очищая заблудшие души. Работа была грязной, но необходимой, и Себастьян выполнял её с особым, искренним рвением. Еретики, отступники, светлохульники… Все они думали, что могут укрыться от всевидящего ока Системы, но рано или поздно оказывались перед её посланником.

И тогда наступало время правосудия.

Себастьян любил этот момент больше всего остального. Момент, когда очередной грешник осознавал неизбежность расплаты. Когда спесь и наглость сменялись страхом, когда дрожащие губы начинали молить о пощаде, когда колени подгибались сами собой, без всякого приказа. Это был момент торжества Света над тьмой, момент истины, ради которого стоило жить.

За годы службы он повидал всякое. Встречались упрямцы, которые пытались сопротивляться до последнего, но их упрямство неизменно ломалось о несокрушимую волю Системы. Встречались хитрецы, которые пытались обмануть и выкрутиться, но Великая видела каждую ложь насквозь. Встречались и те, кто искренне раскаивался, и к таким Себастьян проявлял снисхождение. Не потому что был мягкотелым, а потому что Система ценила искреннее покаяние и давала заблудшим шанс вернуться на путь истинный. Не всем, конечно, но иногда такое случалось.

Но тех, кто оскорблял её величие… Для таких пощады не существовало.

Когда Белов позвонил и сообщил о найденном еретике, Себастьян даже не удивился. Он давно следил за деятельностью этого Рубцова и ждал подходящего момента для визита. Слухи о целителе с молотом ходили по городу уже несколько месяцев, и большинство из них были достаточно безобидными. Лечит бедняков, берёт недорого, работает из грузовика, потому что коллегия сожгла его клинику. Ничего криминального, просто очередной самоучка, который решил поиграть в благодетеля.