Книга Системный целитель 3, страница 52 – Алексей Ковтунов

А граф всё так же сидел в своём кресле. Неподвижно, безмолвно, мертво. Прошла первая сцена, вторая, третья. Актёры бегали вокруг него, кто-то даже толкал кресло в запале спора, но граф не реагировал ни на что. Сидел и сидел, отыгрывая мертвеца.

И надо признать, отыгрывал он действительно хорошо. Виктор Семёнович, насмотревшийся за свою жизнь на настоящие трупы, невольно отметил, что от мертвого человека Сундуков и правда не отличается. Та же неподвижность, та же безжизненность в позе, руки лежат именно так, как лежат у покойников. Даже грудь не поднимается от дыхания, во всяком случае так не заметно с первого ряда.

Представление шло своим чередом, актёры продолжали метаться по сцене, выяснять отношения, плести интриги. Кто-то кого-то отравил, кто-то подделал завещание, кто-то нанял убийцу. Классическая драма с элементами детектива. Алина смотрела не отрываясь, Виктор Семёнович периодически зевал, прикрывая рот ладонью.

Наконец занавес опустился, свет в зале зажёгся. Зал взорвался овациями. Все вскочили с мест, захлопали, закричали про гениальность, про талант, про лучшее представление в их жизни. Алина тоже вскочила, хлопала в ладоши с таким энтузиазмом, что Виктор Семёнович даже забеспокоился за её давление.

Он поднялся следом, похлопал пару раз для приличия, оглядел зал. Народ действительно в восторге, это не наигранно. Значит, Сундуков и вправду хорош в своём деле. Хотя Виктору Семёновичу всё равно казалось странным восхищаться человеком, который просто два часа сидел не двигаясь. Но если людям нравится, кто он такой чтобы спорить? Всего лишь скромный глава самого крупного в городе преступного синдиката.

— Вить! — Алина схватила его за руку, глаза её светились. — Давай пойдём за кулисы! Я хочу лично познакомиться с Сундуковым! Он же гений!

Виктор Семёнович хотел было отказаться, устал он уже, домой хочется. Но потом подумал, что раз уж потратили вечер, то почему бы и не довести дело до конца? К тому же ему и самому стало любопытно посмотреть на этого актёра вблизи, поговорить с человеком, который так мастерски изображает покойника.

— Хорошо, — кивнул он, — пошли.

Они спустились к сцене, обошли её сбоку и направились к служебному входу за кулисами. Охранник на входе сделал движение их остановить, но один взгляд Виктора Семёновича заставил его отступить в сторону и молча пропустить. Некоторые вещи не нужно объяснять словами, достаточно посмотреть правильно, и человек сам всё поймёт.

За кулисами царил хаос. Актёры сновали туда-сюда, кто-то переодевался, кто-то курил в углу, кто-то громко обсуждал прошедший спектакль. Декорации стояли в беспорядке, повсюду валялись реквизиты, костюмы, какие-то коробки. Пахло потом, гримом и табачным дымом.

Виктор Семёнович оглядел помещение, быстро нашёл взглядом то самое кресло, в котором сидел граф Монтерано. Оно стояло в углу, и в нём всё так же неподвижно восседал Сундуков. Даже не переоделся, всё в том же костюме, в той же шляпе, в той же позе.

Они направились к креслу, но их путь преградил мужчина средних лет, полноватый, в мятом костюме, с нервным выражением лица. Судя по всему, организатор представления или кто-то из администрации театра.

— Прошу прощения! — выпалил он, раскинув руки в стороны, словно пытаясь физически остановить их продвижение. — Извините, но не надо тревожить нашего гения актёрской игры!