Книга Путь Строителя 9, страница 77 – Алексей Ковтунов

Встряхнул головой и осознал, что все это время торчал под дождем и таращился на мятую глиняную пластинку. Со стороны это выглядит, мягко говоря, странновато. По деревне и так ползут слухи, что я в искусстве безумия могу составить Эдвину серьезную конкуренцию, и если кто-нибудь видел меня сейчас, это точно не поможет репутации.

Да и пусть думают что хотят. Открытие-то стоящее, и стоит оно куда больше, чем мокрая голова и чужие пересуды.

Убрал пластинку обратно и зашел в дом. Да уж, прохладно, конечно, особенно когда на теле прилипшая к телу от воды одежда. Еще и дубак этот явно решил обжиться у меня дома и встречать каждый вечер. Ну да, логично, печка-то остыла, и воздух в комнате промерз до состояния, в котором дышать можно, но радости от этого никакой.

Присел у печи, заглянул в топку и обнаружил внутри горстку серого пепла и обугленный огрызок полена, от которого не то что тепла, даже запаха дыма уже не осталось.

Сгреб пепел в сторону, наломал лучины из заготовленной щепы, сунул пучок бересты, все это обернул сухим мхом и принялся высекать огнивом. Искры разлетались по мху, но тот никак не хотел даже тлеть, потому что влажный воздух пропитал все что мог, включая мои надежды на быстрое тепло. Так что выходит, что сухой он лишь условно, увы.

С пятой попытки мох наконец занялся, сначала появился уголек, раздул его, затем робкое пламя лизнуло лучину, и та затрещала, выбрасывая мелкие искорки. Подложил щепу покрупнее, дождался пока разгорится, и начал закидывать дрова. Не много, штук пять поленьев среднего размера, потому что забивать топку доверху толку нет, только дым пойдет и тяга задохнется.

На этом, собственно, успокоился и уселся на пол рядом с печкой. Мокрая рубаха все так же неприятно липла к телу и холодила так, чо от этого невольно застучали зубы. Сидеть становилось все холоднее, хотя пламя в топке уже занялось, так что стянул рубаху, выжал прямо на пол и повесил на веточку вбитую в трещину стены. Затем уже сбросил штаны, портянки и остался сидеть, поджав ноги и обхватив колени руками.

Печка, конечно, штука замечательная, и построил я ее на совесть, тяга работает и кирпич прогревается равномерно. Но есть один минус, который никакая инженерия не отменит, остывает она, зараза, куда быстрее, чем хотелось бы, да и нагревается далеко не мгновенно.

Подкидывать дрова надо регулярно, хотя бы раз в несколько часов, иначе к вечеру в доме температура мало чем отличается от уличной. Уль обычно за этим следит, но сегодня, видимо, замотался на стене с Хоргом и не до печки ему было. Оно и понятно, когда прораб орет и требует результатов, тут уж не до бытовых мелочей.

Чтобы держала дольше, придется возводить печку совсем других размеров. А это и время, и расход кирпича, и вообще, сложно. При всем при этом, если такую печку окончательно остудить, то и нагреваться она будет далеко не час и не два. В общем, у нас золотая середина, наша печка прогревается долго и остывает быстро, всё как мы любим. Но прогревается она быстрее чем та же русская печь, и остывает при всем при этом куда медленнее, чем буржуйка. Как я и говорил, что-то среднее, да и нам выбирать особенно не приходилось.

Сидел минут десять, пятнадцать, потом полчаса, и печка постепенно начала отдавать тепло. Сначала чуть-чуть, потом заметнее, кирпич прогрелся и воздух вокруг перестал кусаться. Зубы замолчали, мышцы расслабились, и я наконец выдохнул с таким облегчением, будто не у печки грелся, а из ледяной проруби вылез.