Книга Путь Строителя 7, страница 15 – Алексей Ковтунов

С утеплителем сложнее… В идеале подошла бы шерсть, но овец в деревне раз-два и обчелся, и даже если обстричь всех, на крышу лазарета вряд ли наберется. Да и стричь их посреди стройки никто не будет, тут и без того забот хватает.

Остается мох, и вот он подойдет лучше всего. Сухой рыхлый лесной мох, набитый между слоями бересты, даст вполне приличную теплоизоляцию. Главное, чтобы он был сухим, потому что мокрый мох ничего не утепляет, а только гниет и воняет. Нижний слой бересты как раз защитит его от влаги из помещения, верхний от конденсата и протечек снаружи, и если все сделать аккуратно, чердак будет теплым, сухим и пригодным для размещения больных.

Еще можно немного достроить топку внизу, грубо говоря сделать еще одну печку поменьше, но уже только для чердака, но пока не вижу в этом особого смысла. Тем более сам по себе нагретый воздух из нижнего помещения будет подниматься через любую щель в потолке, и даже без дополнительных ухищрений на чердаке будет заметно теплее, чем на улице. Не жарко, конечно, но для выздоравливающих, которым постельный режим уже не нужен, вполне терпимо.

Вот, собственно, и весь план на завтра. Береста, мох, черепица, стропила, и если материалы подвезут вовремя, можно управиться за день. Бересту и мох вообще необязательно поручать строителям, с этим справится любой, кто способен держать нож и ходить до леса. А строители пусть занимаются стропильной системой, обрешеткой и кладкой черепицы, тут без навыка не обойтись.

Накрыл бревно рогожей, отряхнул руки и огляделся. Мужики расходились, но не все, кто-то задержался у штабелей, пересчитывая оставшийся кирпич, кто-то громыхал ведрами у бочки. Руны наносить при свидетелях не хочется, обязательно полезут с вопросами и будут отвлекать.

Впрочем, у меня и без рун дел хватает. Как минимум несколько организационных моментов, ну и, разумеется, вибрация, без которой сейчас ни одна заливка не обходится. Объемы бетонных работ растут, башни требуют внимания, и при всем этом сегодня есть реальный шанс закончить строительство каркаса. Останется кирпичная кладка ограждений, кровля, ворота и еще десяток мелочей, но сам факт, что каркас будет готов, греет душу не хуже гипокауста.

Вышел с участка лазарета и зашагал в сторону своего участка, но уже через десяток шагов замедлился. Деревня изменилась, и изменилась сильно.

Пока я возился с бревном, кладкой и дымоходом, жизнь вокруг кипела по-своему. Со стороны площади долетали отголоски каких-то споров, кто-то ругался, кто-то горячо что-то доказывал, и несколько раз я отчетливо расслышал рык Кральда, которого явно вывели из себя. Не прислушивался, не до того было, но по интонации понятно, что дела на площади шли негладко. Да и как им идти гладко, когда в деревню набилось столько народу, что улицы стали тесными.

Люди повсюду, на лавках, на бревнах, прямо на земле у заборов. Если прошлую волну беженцев из Валунков кое-как вместили по домам, пусть и в тесноте, то эти пришли в таком количестве, что никаких домов не хватит. И если валунковские убегали хоть и впопыхах, но успели захватить какие-то вещи, одеяла, котелки, инструменты, да и добираться им было недалеко, то нынешние выглядели совсем иначе.

Мужики на стройке весь день перешептывались между собой, и обрывки разговоров складывались в невеселую картину. Некоторые из этих людей брели сюда несколько дней. Перебежали из одной деревни в другую, побыли там день-два, и снова нападение, снова бросать все и бежать. Кого-то перебрасывало по три-четыре раза, прежде чем они наконец добрели до нас. Досталось многим, и это мягко сказано.