Книга Путь строителя 6, страница 119 – Алексей Ковтунов

Но для трещин, для мелких повреждений, для естественного износа и этого более чем достаточно. Стена будет латать себя сама, и от усиленных Основой ударов ее живучесть будет только расти.

Основа кончилась, вернее почти кончилась, пару единиц я все-таки оставил, на всякий случай, чтобы не валяться без сознания посреди стройки. Убрал руку от стены, выдохнул и только сейчас услышал за спиной тишину. Не рабочую тишину, когда люди заняты делом и молчат от сосредоточенности, а совсем другую, когда два десятка мужиков забыли, зачем они тут, и просто стоят с открытыми ртами.

Обернулся, и так оно и оказалось.

Каменщики побросали мастерки и кирпичи. Кто-то застыл на лесах, кто-то спустился вниз, и все до единого смотрели на стену, где только что затягивались трещины. Двадцать пар глаз, и в каждой паре одинаковое выражение, смесь изумления и легкого испуга, как у людей, которые увидели что-то за пределами привычного мира и пока не решили, радоваться этому или бежать.

— Обосраться не подняться… — выдохнул кто-то и снял шапку.

— Ха! А ты не верил! — один работяга толкнул в плечо другого так, что тот покачнулся. — Говорил же, пацан непростой! А ты все свое заладил, мол откуда чего!

— Чего ты там вчера бурчал? — хохотнул третий и ткнул локтем соседа. — Почему, мол, какой-то пацан командует, а все слушают?

— Ну так я из Валунков, откуда мне знать-то было, что тут такое творится, — пробормотал тот, пряча глаза, и развел руками. — У нас в Валунках камень сам себя не чинил, извиняйте.

Я не стал ни объяснять, ни красоваться, ни отвечать на вопросы. Просто развернулся и пошел. Основы осталось на донышке, голова чуть гудит, и если задержаться, начнут расспрашивать, а на расспросы нет ни сил, ни желания.

Пора домой, пора спать. Завтра предстоит много работы, и если все пойдет как задумано, день выйдет крайне продуктивным. Лазарет ждет, рог ждет, кирпичи ждут, и кажется, даже стены ждут, потому что им понравилось чиниться самостоятельно, и они бы не отказались от добавки.

* * *

Ночь выдалась тихая, безветренная, но Грим терпеть не мог именно такие. Когда ветер шумит в кронах и гонит по небу облака, есть хотя бы иллюзия, что мир вокруг живой и движется. А когда все замирает, начинает казаться, что лес за частоколом тоже замер и чего-то ждет.

Факел потрескивал в руке, бросая рыжие блики на свежую кирпичную кладку. Грим стоял у основания башни и задрав голову разглядывал то, что еще месяц назад было пустым местом, а теперь нависало над ним тремя этажами камня, бетона и какой-то непонятной инженерной мысли, от которой у простого стражника начинала болеть голова.

— Ларн, ты наверху?

— Угу, — донеслось откуда-то из темноты второго этажа.

— И как там?

Вместо ответа Ларн высунулся из дверного проема башни, и огонь выхватил из мрака довольное лицо.

— Залезай сам, увидишь.

Грим поднялся по деревянной лестнице, кое-где еще пахнущей свежей стружкой, и оказался на втором этаже, где Ларн стоял у дальней бойницы и смотрел наружу, прижав щеку к кирпичу.

— Вот отсюда, гляди, — он отступил в сторону, пропуская Грима к щели. — Весь подход как на ладони.

Грим прислонился к стене и заглянул в бойницу. Щель была узкая снаружи, но изнутри расширялась, и обзор открывался приличный. Дорога от ворот уходила в темноту, частокол тянулся вправо и влево, и даже какая-то часть леса просматривалась, хоть и смутно. Днем, конечно, видно будет куда лучше.