Книга Поглощение 3, страница 49 – Алексей Ковтунов, Антон Панарин

На сдавленный крик в подворотню вбежали оставшиеся горе бандиты. Увидев, как их друг висит в воздухе, а кровь струйками стекает с его белоснежных кроссовок, бандиты заверещали и кинулись врассыпную. Эх, опять в заваруху попал. А я ведь надеялся дома покопаться в интернете, но судя по звуку приближающихся сирен, сделать это у меня не выйдет.

Я стряхнул наркомана с руки как соплю и понял, что бежать уже поздно. Хотя может быть это и к лучшему подумал я увидев, как у подворотни останавливается две патрульные машины.

— Не двигаться! Лицом на землю! Быстро! — закричал чернокожий полицейский.

— Мужики, так не двигаться или всё-таки нужно лечь на землю? Вы определитесь уже. — ухмылка возникла сама собой.

Мою шутку не оценили и тут же выстрелили в меня сразу из двух шокерных пистолетов. Затрещали разряды электричества, а мне хоть бы хны стою улыбаюсь.

А вот когда на меня накинулись уже четверо копов, я понял, что выделываться дальше не имеет смысла. Потому что после выкручивания рук, у них останется единственное средство, достать пистолеты. А устраивать побоище в центре города, у меня желания не было совершенно никакого. Одно дело нарки, но копов то за что?

Я поддался и доблестные стражи правопорядка с лёгкостью мне завернули руки за спину. Надели наручники и усадили на заднее кресло полицейского доджа.

В таком весёлом такси мне ещё не приходилось ездить. Мигалки пиликают на весь город, красно-синий свет окрашивает улицы как будто сейчас рождество, а по рации передают что задержали опасного преступника. Ну вот скоро я получу очередное звание.

Пока ехали в отделение я достал мента своими песнями. Особенно ему не понравилось, что новый год к нам мчится и скоро всё случится. Видимо какая-то детская травма.

Когда мы прибыли в участок, меня аккуратно выгрузили и доставили в отделение для оформления. Я как истинный король был с собственной свитой! Четыре полицейских присматривали за мной пока темнокожая сорокалетняя дама снимала отпечатки пальцев и делала со мной фотографию на память.

После у меня отобрали личные вещи и засунули за решётку. Стоит отметить, что за решёткой была вполне достойная компания. На шконках сидели два ветерана Иракской войны и равнодушно наблюдали за тем, как меня заталкивают в камеру.

— Вечер в хату мужики! — поприветствовал я каторжан.

— Чё? — не понял меня мужик в клетчатой рубахе, таких еще реднеками зовут, что-то по типу наших жителей деревни.

— Здорова говорю!

— А! И тебе доброго вечера. — протянул мне единственную руку второй узник.

Перекинулись с сидельцами по паре слов. Оказалось, что общая беда сближает. Мужики без прикрас пересказали мне свою жизнь. А послушать было что.

Одного из ветеранов звали Тони. Из-за посттравматического стрессового расстройства он не смог себя найти в мирной жизни. Погряз в кредитах. Когда дела стали совсем плохи попытался ограбить заправку и получил срок. Вернувшись из тюрьмы, оказался на улице. В итоге нажрался и избил в центре города какого-то хиппи.

Вместе с Тони сидел можно сказать боевой товарищ! Однорукого звали Джефферсон. Он отслужил в армии Соединенных Штатов Америки, а когда вернулся на гражданку понял, что здесь он никому не нужен и ничего не умеет кроме как убивать.

— Когда отправляли на войну говорили: "Станешь героем! Заработаешь денег! Получишь славу! Но в итоге кроме долбаных увечий я так нихера и не получил. Пробыл в Ираке долгие три года. Похоронил кучу друзей, веру в человечество, а заодно разрушил собственную психику. — с горечью вещал однорукий.